Так что измены тут нет.
Признаться честно, настолько бурной реакции я не ожидал. Хотя и предполагал, что гибель одного из потомков Симеона изрядно расстроит. Впрочем, это могло стать последней каплей — не думаю, что разведка рода держала князя в неведении о последних событиях. А сложить два и два, Шуйский, с его опытом, точно мог.
— Что до храмов — мои люди сегодня же наведут контакты с губернаторами. А для божественной «искры» достаточно принести присягу и получить толику моей силы.
Седые брови чуть опустились, а взгляд снова скользнул к Ратибору.
Я же утвердительно кивнул.
— Всё верно, Его Сиятельство это уже сделал. И, с момента нашего сражения в Каире, знает, кто я такой на самом деле. Как ты видишь, остался собой. Разум его я не контролирую.
Опасения, связанные с процедурой присяги, было вполне понятны. Тем более, речь шла о патриции, за плечами которого уже имелась история предательства и не самый позитивный опыт доверия по отношению к своим собственным родственникам.
— Хорошо. Я готов.
Сандал всё ещё кружил поблизости, так что я отлично видел, как озарились изумлением лица всех, кто был на площади около Кремля. Ещё бы — не каждый день можно увидеть, как один из сильнейших князей опускается перед кем-то на одно колено.
На самом деле, подобные формальности были ни к чему, но предупредить Шуйского я не успел. А выпрямись он сейчас — вызовет ещё больше вопросов.
Поэтому, я просто провёл процедуру, добавив к своим членам свиты ещё одного смертного.
В этот раз, с ресурсами мощного рода за спиной и влиянием, что распространялось на солидную территорию.
Когда князь поднялся, я перевёл взгляд на Алексея. Но как выяснилось, за это время Рюрикович успел всё обдумать и принять решение — заговорил первым.
— Строительство храмов будет дозволено Высочайшим повелением, сегодня же. Но взамен я желаю, чтобы ты заявил о поддержке династии и конкретно меня на престоле. О том, что если случится мятеж или война, то окажешь поддержку.
Внутри снова плеснуло раздражение. Но в этот раз куда более слабое. Бледный и умирающий юноша, которого я когда-то встретил, стал правителем. И само собой изменился. Правда, слишком быстро и не совсем в ту сторону, но в конце концов, сколько этому смертному лет? Ещё успеет сменить траекторию движения. А менять династию на троне я в любом случае не собирался.
— Считай, что мы договорились. Выдели кого-то из членов правительства — с ним свяжутся.
