— Заберу его для исследования. Спасти уже нельзя, но возможно получится понять, как они это делали.
Алексей недовольно нахмурился. Но возражать не стал. Зато комнату наполнил звучный голос Мстиславского.
— У тебя же места тут нет своего, правильно? В Москве? Или в Петербург его повезёшь?
Мгновение я подумал. Организовать транспортировку царевича в столицу, безусловно было возможно. Но критичной разницы не имелось — там у меня тоже не было подготовленного места, куда вышло бы сразу заехать. Здесь имелся дом, недалеко от Кремля, когда-то выделенный Дарьей.
Но сложно сказать в каком он сейчас состоянии.
Оглянувшись, ответил.
— Пока нет. Но что-то подберём.
Тот махнул рукой.
— Не надо тебе подбирать ничего. Бизнес-центр у меня почти достроенный есть, этажа три только отделать осталось, остальное готово. Забирай. Он как раз около старых казарм.
Момент помолчав, добавил.
— Может и храм там свой откроешь.
Я представил храм Меркурию в здании бизнес-центра. С одной стороны, Юпитер бы за одну такую идею принялся бы грозить исключением из совета Старших богов, а то и годовой прогулкой в Бездну.
Ну а с другой — какие времена, такие и храмы. В конце концов, в нашем Риме никаких бизнес-центров вовсе не было.
Чуть смутила фраза про три этажа, где нужно закончить отделку, но рядом тут же загудел Оболенский.
— Это ты высотку ту на тридцать два яруса подарить хочешь? Самое высокое здание Москвы? Туда же твой средний целую уйму денег вбухал.
На лице Мстиславского появилась лёгкая улыбка.
— А ещё мой средний сегодня здесь был и всё чувствовал. Нам почти всё защита перекрывала — её на максимум вывели. Но сыновья говорят, той силы, которой по вам ударили, на всю Москву бы хватило.
Повернувшись к Ратибору, добавил.
— Жизнь, это жизнь, Твоё Сиятельство. А здание, что? Его и новое построить можно.
Алексей покосился на говорившего князя. Глянул на Ратибора. Скользнул вниманием по Шуйскому. И коротко кивнул мне.
— Разбирайтесь. А я пойду. Дела государства не ждут.
Когда император сделал несколько шагов к двери, я на всякий случай напомнил.
— Высочайшее повеление о храмах.
Обернувшись, тот на момент опустил веки. Потом усмехнулся.
— И пресс-релиз о поддержке Рюриковичей.
Настроение у него вроде немного улучшилось. То ли так быстро свыкся с мыслью, что у него теперь роль второго плана, то ли не смотрел дальше того, чтобы удержать за собой империю и роль обычного монарха его вполне устраивала.
