Вынырнув из воспоминаний пленного, который на мой взгляд точно был гомункулом, я услышал голос Оболенского.
— Что там? Получилось выяснить, как они перемещаются?
С одной из веток взлетела птица и вниз посыпались крупинки снега. А на мне сошлись пять вопросительных взглядов."
"— Только в общих чертах. Полноценный канал связи открывается уже после захвата мира и завязан на силу изменённых родовых алтарей.
Князь разочарованно вздохнул. А рядом послышался голос Прохора.
— Значит всё впустую…
Я отрицательно качнул головой.
— Отнюдь. Теперь у нас есть варианты управления теневой энергией. Хотя бы какая-то их часть.
Это было правдой — в памяти посланника была целая инструкция, предназначенная для новых адептов. Которая помогала понять основные принципы действий силы.
Глянув на бога посмертия, я хотел предложить ему долететь до Парижа. Полторы сотни тысяч душ, замкнутых внутри участка свёрнутого пространства, где практически ничего нет — не самый лучший вариант посмертного существования. Да и Прохору не помешала бы подпитка.
Но не успел я открыть рот, чтобы начать говорить, как прошёл сигнал тревоги. В этот раз — от артефактов, которыми Мьёльнир прикрыл хранилища душ, созданных во время Сопряжения. Тех самых, на которые рассчитывал Дом Нахелар. Кто-то приблизился к одному из них — расположенному в Скандинавии.
* * *Андрей Лаптев уже давно забыл свои планы о мировом господстве. С тех пор, как появился Меркурий, все его мечты пошли прахом. И если сначала, когда он считал, что ему противостоит обычный талантливый Одарённый, каким-то образом подобравшийся к сложным техникам, победа ещё казалась вероятной, то теперь бывший член баронского рода понимал, что шансов не было изначально.
А ведь идея с вторжением в империю Цин была неплоха. В конце концов, какая этому Меркурию, к лешему разница, кто именно будет сидеть в Пекине? Он бы соблюдал договорённости не хуже, чем нынешний император. Да, пришлось бы пустить под нож несколько миллионов людей, чтобы подавить сопротивление аристократии.
Но это же ханьцы! Сдохли и хрен бы с ними, разве нет?
Остановившись, Андрей отряхнулся от снега и зябко передёрнул плечами. Как же тут холодно. И силой не воспользоваться — мало-ли какой защитой озаботились после инцидента в Каире.
— Ты у меня ещё попляшешь, сучий божок. И Рюриковичи твои станцуют на раскалённых углях. Думал самый могучий здесь? Посмотрим, как запоёшь, когда я открою мост.
Заставив себя прерваться, Лаптев снова двинулся вперёд.
