Я рывком ушёл в сторону, но тот неожиданно выдал целую серию новых плевков. Один всё же зацепил кольчугу — она просела на добрую пятую часть.
А потом внезапно выяснилось, что даже напитанный божественной мощью клинок, с трудом пронзает его шкуру. Капитан говорил, что броню ящеров крайне сложно пробить. Но я не ожидал, что настолько.
Пришлось схитрить. Превратил Мьёльнира в относительно тонкую иглу из прессованного камня и отправил в глаз противника. Вышло успешно — спутник поразил мозг монстра и тот неуклюже завалился вниз.
Через пару секунд на мою правую руку вернулся каменный браслет, а я несколько секунд стоял около тела поверженного монстра, рассматривая его."
"Пробойные твари, что напоминали дриад и сирен могли происходить из моего старого мира или быть осколками прошлого из этой вселенной. По какой-то причине затерянными во времени и потом проявившимися в качестве Пробоев. Все остальные монстры, которых я встречал, тоже были производными от существующих зверей.
Разве что те громадные песчаные черви не вписывались в существующие рамки.
Но тогда я списал это на проявление божественной силы, которая слепила из трупов погибших тварей нечто новое и максимально убойное. Теперь же задумался — сколько не вкачивай в какую-то схему мощи, она всё равно не станет работать сама по себе. Для такого нужна направляющая воля. Или заранее заложенная концепция.
Как у этих ящеров могла взяться подобная шкура и такой яд? Первая держала удар моего клинка, а второй заставил по полной отработать кольчугу.
К тому же я ни разу не встречал подобных монстров, хотя побывал практически в каждом уголке мира.
Из плюсов, погибший противник принёс немало силы — меня буквально окатило бодрящей волной, вслед за которой в «искру» впиталась и капля божественной мощи. Весьма крупная капля, надо сказать.
Обернувшись, я махнул рукой остальным. Подождав, пока отряд приблизился, посмотрел на Леру и кивнул в сторону трупа.
— Поднимай его. Сконцентрируйся и представь, как между вами образуется канал связи. А потом заставь мёртвую плоть работать.
Окольничий удивлённо глянул на девушку, а на лице княжны появилось выражение полного изумления.
— Твоя служанка некромант? Откуда ты её взял?
Теперь уже в моём взгляде, обращённом на патрицианку, появилось некоторое удивление. А её серые глаза сверкали от раздражения.
