Как только спутник оказался на позиции, я потянулся божественной мощью к родовому перстню Ореховых, используя живой камень в качестве своего рода посредника.
Вклинился в защитные схемы, разворошил сконцентрированную под колоссальным давлением силу, тронул контролирующие плетения.
Взять всё это под контроль и перехватить управление — неимоверно сложная задача. Но я и не собирался этого делать. Всё, что мне было нужно — разрушить отлаженную систему, которая поддерживала артефакт стабильным.
Как только это получилось, Мьёльнир рванул к дальней части крыши и перемахнул на следующий корпус.
А через секунду сзади бахнул выплеск сил.
Это оказалось даже более смертоносно, чем я предполагал. Фонтаны энергии буквально распыляли каменную кладку, здания, уничтожая встроенные в неё артефакты. Облако мощи затопило приличный участок двора, уничтожив всё живое, что оказалось в зоне поражения. А солидная часть энергии просто устремилась вверх, ударив во внутреннюю часть купола. Тот, к сожалению, устоял.
Но и без этого, разрушений оказалось более чем достаточно. Треть постройки, на крыше которой произошла детонация, обратилась в руины, а удар по двору накрыл не меньше полусотни гвардейцев. Что интересно, двое цельнометаллических конструктов уцелели. Оплавились, пострадали и почти опустошили свои накопители, но сохранили боеспособность. Сейчас оба выбирались из под завала, в котором оказались.
Блеснувший яростной радостью Мьёльнир ринулся дальше. Спутник был рад, что наконец смог сыграть главную роль в бою с противником и оказаться полезным.
В отличие от Сандала, которому оставалось лишь громко клекотать да мысленно сетовать, что он не может присоединиться к своему собрату по оружию.
Живой камень прополз по стене соседнего корпуса, один за другим опустошая его защитные артефакты. Сейчас внутри него было столько мощи, что её с трудом получалось сдерживать. Поэтому в какой-то момент он выплеснул энергию в обратном направлении — ударил по кладке, рассекая ту до самой земли.
Следующий удар был нацелен на перекрытия, а потом Мьёльнир разорвал кладку горизонтально.
Махнув на крышу, сместился к другой части здания, снова принявшись вбирать в себя силу защитных артефактов. Чем дольше спутник этим занимался, тем лучше у него получалось. Возможно не зря они тогда с Сандалом учинили тот бардак в вагоне поезда — не поглоти Мьёльнир энергию артефакта, я бы вряд-ли задумался о подобном ходе в бою.
