Измайлов докладывал, что всё в порядке и сейчас он проверит, как дела у остальных.
Ещё через пять минут пришло второе сообщение. На этот раз от Леры. Сначала жрица сообщила, что чувствует себя прекрасно и всё в полном порядке. После чего поинтересовалась, как быть с лазутчиком, который проник на территорию усадьбы?
На то, чтобы понять, кого она имела в виду, у меня ушла целая секунда. Вторую я потратил на то, чтобы придумать короткий ответ. И только потом его отправил.
На какое-то время наступила тишина. Следом звякнуло сообщение от Измайлова.
«Мне сломали ногу. Нужен целитель. И извинения от этой бешеной стервы! Она меня не узнала, представляешь⁈»
Почти одновременно с ним, пришло послание от Леры.
«Можно я его свяжу и заткну рот? Там максимум, небольшая трещина, а он орёт, как будто я ему ногу оторвала.»
Ответил обоим, чтобы обошлись без дальнейшего членовредительства и пожелал прекрасно провести время. Плюс, добавил, что уже еду в усадьбу и скоро должен прибыть.
Уже собирался убрать устройство в карман, как снова услышал звук уведомления.
На этот раз Бельский — интересовался текущей ситуацией, которую я ему в двух словах описал, заодно попросив о паре услуг. Потом пришло сообщение от Егорова. Советник решил коротко обрисовать ситуацию с Келером — формально тот и правда убыл на лечение, но на деле, сбежал в неизвестном направлении. Возможно и правда остался в Петербурге, но это совсем не факт.
Расклад вроде и так был очевиден, но ещё советник прислал короткую характеристику на Леопольда.
Мол, старый бюрократ, которого после какого-то конфликта фактически убрали в почётную отставку, а сейчас выдернули, отправив для руководства проблемной провинцией.
Взамен Егоров ничего не просил. Но и так было понятно, что рассчитывает на дополнительную и честную информацию о Пробое. Не сказать, что его данные что-то критично меняли, но лояльность главы местного Пятого отделения, была совсем не лишней. Стоило придумать, как выразить свою признательность в будущем.
Пока же, я отделался благодарностью, в её текстовом, бесплатном варианте.
Как только убрал дарфон, в голове сразу закрутились мысли о Пробое. В этот раз я увидел и услышал немало интересного. Но это если сравнивать с предыдущей ситуацией, когда перед глазами был полностью белый холст, с парой точек от красок. Теперь же по нему несколько раз провели кистью, но до полного завершения картины было по-прежнему безумно далеко. И совсем непонятно, что там в итоге окажется.
