Возвышение Меркурия. Книга 8 (СИ)

Кроме вашей подписи под мирным договором?

Вопрос тоже был предсказуемым. Никто не станет отдавать целый остров, который является форпостом в Африке и потенциальным плацдармом, без дополнительной мотивации. В текущем состоянии, Абэ уязвимы, но даже так, Мадагаскар голыми руками не взять — от большинства своих врагов они смогут отбиться. К тому же их инвестиции в остров, скорее всего даже не начали отбиваться — при заключении договора их придётся списать в чистый убыток.

Я слегка продвинулся вперёд, смотря в глаза Кэзуо.

— Во-первых, я не стану участвовать в войне на стороне ваших врагов. Просто представьте, что произойдёт, если я решу присоединиться к Гэндзи или Фудзивара в грядущей схватке за Японию? И что будет с вашими позициями, после того, как я спалю ещё десяток крепостей, вместе с их гарнизонами.

Константина Рюриковича я видел только краем глаза, но Сандал, что большей своей частью укрывался в каменном потолке, показал его лицо, которое осветилось живым интересом. Понимаю — не каждый день можно услышать, как малоизвестный патриций угрожает клану Абэ, а те спокойно сидят и ждут продолжения.

— Во-вторых, я не стану компенсировать свои потери за счёт ваших денег и ресурсов. Вы ведь помните Фукуоку, верно? И наверняка подсчитали, сколько именно ценностей было потеряно. Такое можно сделать с каждым вашим городом. Даже не разрушая цитадель. Хотя, знаете, одно другому не мешает.

На последней фразе у японца чуть дёрнулся правый глаз. Правда, он быстро взял себя в руки. Какая-то секунда и на меня снова взирало невозмутимое, будто высеченное из скалы лицо.

"В том, что клан посчитал свои потери, я не сомневался. И думаю, они хорошо себе представляли, что произойдёт, если я опустошу все банковские хранилища, в каждом из их городов. Заодно разграбив те, что находятся в крепостях. В теории, можно было заняться и таким. Только вот, даже несколько сотен тонн золота и миллиарды наличностью не введут тебя в большую политику. Лишь сделают богатым. Тогда как обладание Мадагаскаром совмещало в себе обе стороны денария.

— В-третьих, я могу усадить вас за стол переговоров с Гэндзи и Фудзивара. Если вы придёте к соглашению, большой резни получится избежать.

Вот теперь его брови чуть пошли вверх. Один из сопровождающих повёл глазами в мою стороны, а второй дёрнул уголками губ.

Рюриковичи же и вовсе смотрели с немым изумлением на лицах, не находясь что сказать. Обычная беседа о цене мирного соглашения и компенсации, на их глазах превращалась в политический торг.