Хотя намекнул, что Слово данное Дарьей, скорее всего было бы несколько более эффективным.
В любом случае, информацию о сложных взаимоотношениях князя и местной аристократии, люди Бельского подготовили. Тем не менее, слова из первых уст, всегда лучше сухих документальных данных.
— Значит надо встретиться с этими Оссолинскими. Нам надо понять, что происходит.
Патриций повернулся ко мне и поправив мундир настороженно поинтересовался.
— Вы что, всерьёз собрались выполнять наказ Дашеньки, Василий? Это же, практически невозможно.
Князь не был посвящён в детали плана полностью — он считал, что мы едем в Европу, чтобы запутать врагов среди Хранителей, а заодно провести своего рода разведку боем и посмотреть, как на наше появление отреагируют местные отделения ордена. По сути, сейчас Рюриковичи начали разгром и преследование Хранителей на территории России. На что должны была последовать какая-то реакция их коллег из-за рубежа. Одной из наших, якобы реальных задач, которая была озвучена князю — как раз проверка их отношения к последним событиям.
— Тем не менее, мы должны попытаться. Да и из образа выходить не следует. Раз мы являемся дипломатической миссией, то и вести себя следует соответственно.
Ратибор на момент задумался.
— Послушайте, моё предложение взорвать Сейм всё ещё в силе. И потом, имейте в виду, у короля одиннадцать отпрысков. Если похитить одного и убедить в необходимости дружбы с государством Российским, а потом возвести на престол, задачу можно считать выполненной.
Князь с довольным видом подкрутил усы.
Я же усмехнулся.
— Предлагаете перебить всех делегатов Сейма, среди которых в основном главы родов или их сыновья, а потом осуществить дворцовый переворот. Думаете, при таком развитии событий, Польша останется спокойной?
На пару мгновений задумавшись, Оболенский пожал плечами и протянул.
— Ну, с Пруссией они точно воевать передумают. А договор с королевской печатью мы отправим в Петербург — наглядный показатель успеха.
Я едва слышно вздохнул. Договор заверенный королём, которого не одобрил Сейм — по сути просто бумажка, подписанная одним из членом монаршего рода.
А после разгрома местного аристократического парламента, польские патриции немедленно примутся резать друг друга, вспомнив старые распри и обвиняя в атаке своих врагов. Конечно, если не выяснят, что за всем стоит наше посольство. В таком случае, они скорее всего начнут стягивать армии к восточным границам, желая мести за убитых родичей."
"Тряхнув головой, усмехнулся.
