Вперед в прошлое 10

Говорили эти парни одно и то же: то, что произошло сейчас — предупреждение, если друзья продолжат общаться со сволочью-мной, будут отловлены и нахлобучены. Потом еще и еще, еще и еще, и так — пока земля меня носит или пока они от меня не отвернутся. Лично Илье просили передать мне, что если в ментовку обращусь я или обратится кто-то из наших, то сперва исчезнет Наташка, потом что-нибудь случится с Борей, и концов мы не найдем.

Судя по тому, что не обошли вниманием никого, заказчик знал и меня, и каждого члена «Бойцовского клуба», а значит, знал все наши привычки, места сбора, точки, где мы торгуем.

Причем члены вражеской группировки старше нас, им в среднем семнадцать-восемнадцать лет.

Впервые за две жизни я ощутил себя шантажируемым, у которого в заложниках члены семьи. Мы не знаем, кто наш враг, не знаем, кто за ним стоит, и правоохранительным органам в нашей стране я не доверяю, что доказало похищение Алисы. Да, мой отец — мент, но сама система неповоротлива, пока она раскачается, кто-то может пострадать.

Хорошо, что этого пока не случилось.

— Погнали к валютчику, — предложил я, — надо пятьдесят баксов поменять, по дороге все обсудим.

— Ты ж тренировку сегодня проведешь? — спросил Илья. — Давай там все и обсудим вместе со всеми. Я собрал народ, сказал, что явка обязательна.

— Отличное предложение, — одобрил задумку я. — Наверняка у каждого есть решение. Может, найдется оптимальное.

Пока ехали на место, озирались, нам мерещилась погоня, но я отгонял паранойю.

Наши недруги точно не агенты КГБ и не профессионалы — обычная дворовая шпана, потому заметить топтунов будет несложно. К тому же вряд ли у них есть автомобили или хотя бы мотоциклы.

Еще в голове крутились подельники работорговца Костаки. Наверняка посадили не всех, остались обиженные, возможно, дети. Так себе версия, но тоже игнорировать ее не стоит.

Еще варианты — отморозки, которые пытались изнасиловать Алису.

Вот на них, тупорылых, это похоже. Ну и Райко. Нужно будет проработать все версии, потом прижать фигурантов и побеседовать с ними так, чтобы они раскололись или задумку оставили.

Валютчик был на месте, его напарница тоже. Оставив Илью в стороне, я купил сорок долларов, а когда вернулся, друг выглядел более напряженным, чем обычно. Шагнув ко мне, он прошептал:

— Посмотри налево… То есть направо, у тебя право там, где у меня лево.