Вперед в прошлое 10

Бабушка спросила:"

"— Когда он ориентировочно должен приехать? Семь — девять часов вечера?

— Ну да, — кивнул я. — Час-два поспать, и — за стол.

— У него еще семь часов, чтобы добраться к нам, сейчас только два. Зачем себя изводить понапрасну? Идемте, дети, елку наряжать! Самую лучшую вчера из лесу принесла. Ну, лучшую из тех, что можно брать.

— А где Юрка? — спросил я на ходу.

— В клубе праздник до восьми вечера, всякие конкурсы и подарки. Он там.

Ели в наших лесах не растут, потому все наряжали сосны, называя их ёлками.

Двухметровая красавица стояла в зале возле телевизора, крестовину бабушка накрыла белой тканью и обернула ватой. Было видно, что с одной стороны, с той, которая повернута к стене, веток совсем мало — значит, это дерево росло в тени и было обречено, уверен, бабушка взяла не самую красивую сосну из доступных, а ту, что можно — по сути, проредила самосев.

Чуть в стороне в старой коробке поблескивали игрушки, разложенные слой за слоем на пожелтевших от времени газетах.

— Только осторожнее, — попросила бабушка и открыла еще одну коробку, где игрушки лежали в вате.

 — Особенно — с этими, они довоенные, из моего детства.

Я подошел, как завороженный, сел возле коробки, скрестив ноги, и долго не решался прикоснуться к хрупкому стеклу, ведь теперь я как никто знал, до чего же хрупка жизнь и как скоротечно время. Представил, как пятьдесят лет назад как маленькая черноволосая девочка перебирает игрушки, развешивает на елке. И вот теперь точно так же это буду делать я, ее внук.

Боря замер рядом, не понимая, что меня так удивило. Я взял фигурку красноармейца. Этот воин пока вышел целым из битвы со временем, только выцвел и получил несколько царапин-ранений. Вот девочка в пальто и шапке. Ребристый орден, поверх золотого напыления — кривенькие серп и молот, словно нарисованные ребенком. Ручной росписи часы, где стрелки застыли на двенадцати. Огурец. Снеговик. Дирижабль с надписью «СССР».

— Я развешу эти игрушки поближе к стволу, — сказал я, — чтобы точно их не повредить.

Бабушка принесла коробку с гирляндой, и они с Борей стали ее распутывать, а я придвинул к себе скрепки и принялся делать из них крючки. Один конец крепился к игрушке, второй, больший — к ветке.

Закончив с гирляндой, намотанной на бабушку, Борис воскликнул:

— Момент истины! — И сунул штекер в розетку.

Зажглись и погасли красные и зеленые огоньки, потом — синие и оранжевые.

— Работает, — удовлетворенно резюмировала бабушка. — Приступаем!

Закипела работа.