Вперед в прошлое 10

Зачем привлекать внимание? Заедем в любое село, встанем возле магазина, где наверняка нет ни муки, ни сахара в промышленных объемах, и местные растащат все, как муравьи. Осталось найти мельницу.

Увидев магазин, Василий воскликнул:"

"— О! — И остановился. — Сейчас выясню, продавщицы все знают.

Он юркнул в магазин, а вернулся через пару минут с новостями:

— Мукомольный завод в сорока километрах отсюда, возле аэропорта. Погнали?

И мы погнали.

Переговоры с директором мельницы закончились почти в шесть вечера.

Мы уезжали голодные, уставшие, но полные задора.

Все прошло много лучше, чем планировалось. Я думал, что хотя бы в одном месте мы получим от ворот поворот, но начальники встречали нас как спасителей и равных партнеров.

Рухнула многотонная махина под названием СССР, рассыпалась на множество обломков, да и эти обломки не были целыми, потому что разорвались торговые связи, разрушилось то, что работало. Теперь крутиться приходилось самим, и очень немногие руководители разглядели открывшиеся возможности.

Большинство производств загибалось, и лишь немногие делали то же, что и мы.

Чтобы сообразить, что можно делать так же, как мы, понадобится полгода, и производства перейдут на бартер, а пока у нас есть шесть месяцев форы, я построю дом, хотя бы стены выгоню, а Василий обеспечит себя и новую семью.

Но больше всего радовало не это: мы появились в трудный для этих людей период, и наша помощь для них бесценна.

В начале восьмого мы заскочили к бабушке, чтобы определить в подвал консервацию, она отчиталась, что звонил дед, он уже въезжает в Ростовскую область, и все у него хорошо.

Конечно же, накормила нас, и мы поехали домой.

Когда въезжали в город, я поднял неприятную тему:

— Вы вчера поссорились с Борей. Расскажите, как это случилось.

Потому что у таких историй всегда есть две версии, причем совершенно разные.

У Василия от негодования аж усы задвигались.

— Как-как… он поел и тарелку за собой не помыл. И чашку, и тарелку на толе бросил, и крошки оставил.

А Оля взяла и давай мыть его посуду. У нее руки потрескались от воды и соды, я, когда могу, сам все мою. Ну, не сдержался, сделал замечание, попросил помыть за собой, на шо получил ответ: «Все равно воды нет». Как нет, когда Оля, вон, моет? Вон она журчит… Ну и слово за слово, а дальше ты слышал.

— Может, не было, когда он поел, а потом ее включили. Тогда ваше замечание кажется обидным.

— Да была вода.