Вперед в прошлое 12

Узнав, что будет отчим, дед и его пока еще жена, он вряд ли придет.

Ну а друзья… Все-таки это будет кафе на целый день. И надо подумать над культурной программой, чтобы гости не заскучали.

Когда я уснул, видел во сне свой праздник, когда никто не пришел, кроме отца. Он смотрел с укоризной и пытался меня убедить, что я никому, кроме него, не нужен. Потом пришла Наташка с двойней, мальчиком и девочкой, и он переключился на нее.

Прервался бытовой кошмар по звонку будильника, я тихонько собрался, и мы с Канальей поехали зарабатывать деньги на мои проекты.

Идея с гостиницей ему понравилась, и он всю дорогу акцентировал внимание на сложностях, что-де идея издали кажется красивой, а при детальном изучении она очень и очень сложна. Но в итоге сам увлекся и предложил купить «Рафик» и катать отдыхающих по окрестностям, проводить экскурсии.

Больше всего его вдохновил рукотворный песчаный пляж, но он засомневался, что море все не снесет."

"— В Турции не сносит, и тут все нормально будет. А брать песок можно в дюнах никому не нужных на западном побережье, там люди не знают, как от песка защититься.

Ну и в карьере за небольшие деньги нам с радостью продадут этот песок. А если заберут у нас пляж… Красота-то останется. И отель останется в привлекательном месте.

Перед тем, как вернуться домой, я купил для Наташки фрау-тест, заскочил на рынок, обменял рубли на баксы — их получилось шестьсот тридцать — и подумал, как же мне повезло с валютчиком! Другой бы меня уже десять раз сдал бандитам, этот же честно работает.

Ну а деньги все равно держать опасно, их надо вкладывать.

Утром Наташка проснулась вместе со мной т побежала в туалет. На ее лице не было страха или обреченности — только решимость. Ни визгов радости не донеслось оттуда, ни всхлипываний. И мне, и ей все было ясно.

Вышла она совсем немного обескураженная, шепнула:

— Две полоски. Ты удивлен? Я — ни капельки.

— Что теперь? Гинеколог, потом скажешь Андрею? Вдруг все-таки гормональный сбой.

Она пожала плечами.

— Да какой там сбой.

Все признаки. Тошнота, все воняет и еще… другие, женские. В общем, все, здравствуй новая жизнь. Ну а что я сделаю? Сначала — Андрей, надеюсь, он примет новость с радостью, а потом… Потом пусть он, а не ты, со всем этим носится. По мере сил, конечно. Ведь это его ребенок. Ты не против, если я его Павлом назову, чтобы вырос, как ты, пробивной и с мозгами?

Я улыбнулся. В крестные меня уже позвали. Теперь, вот, детей в честь меня собираются называть.