Наблюдающая за нами бабушка приложила руку к сердцу и устало закрыла глаза.
Квест «покори Москву» близился к завершению. Нам осталось погрузиться в поезд, не засветиться, что мы с деньгами, и пережить две ночи.
Только два человека знали, кто мы и зачем ездили: Вероника и Валя, но о наших успехах лучше не распространяться. Потому я притормозил у вагона, обернулся к бабушке и сказал:
— Про деньги молчи. Спросят — скажи, что набрали лекарств, всякой мелочи и все потратили.
Она кивнула, помахала Валентине, которая обрадовалась нам, как родным.
А Вероника, наоборот, скисла, ведь на наше место они могли кого-то взять за деньги. Впрочем, тетя Ира наверняка им что-то обежала за перевозку нас.
В поезде я сразу же полез на третью полку и вырубился, положив под голову рюкзак. Звуки — крики, грохот, мерный перестук колес — проходили фоном и особо не мешали. Вроде ночью кто-то даже подрался, но мне было все равно.
Домой! Наконец-то домой. Да не на щите, а со щитом и надеждой. Жаль только, что дед не ответил, но ничего.
Восполню этот пробел дома.
Глава 17
Так можно было?!
Во вторник рано утром нас на вокзале встретили Толик и тетя Ира. В отличие от меня, бабушка им не звонила и не передавала никаких вестей, и они приехали на свой страх и риск, даже не зная, успели ли мы на поезд. Ирина завизжала, увидев нас, бросилась навстречу, расшвыривая прохожих, обняла бабушку и замерла так на пару секунд, Толик остался курить в стороне. Тетушка отстранилась и дрожащим голосом сказала:
— Господи, мама, на тебе лица нет! Худая, грязная… Ну хоть не зря? — Судя по голосу, она собралась сочувствовать, а не радоваться за нас.
— Шестьдесят, — ответила бабушка.
Толик услышал, поперхнулся дымом, закашлялся и прохрипел, пуча глаза:
— Что? Кхе… Сколько?!
— Шестьдесят тысяч чистыми, — ответил я, с трудом сдерживая: «А я что говорил».
Тетя Ира отстранилась от бабушки. «Не верю!» — читалось на ее лице.
— Во так, — развел руками я.
Приятно было наблюдать, как светлеет тетушкино лицо.
Не сдержавшись, она запрыгала на перроне, потрясая руками.
— Круто! Какая ты молодец, что решилась!
— Я-то что, это все Павлик. — Она кивнула на меня. — Я-то как раз до последнего не верила, что все получится.
Тетушка озадачилась, смерила меня взглядом. Упертая какая! Не может принять, что мелочь пучеглазая в лице меня оказалась права, а она, зрелая и мудрая женщина — нет. Главное, чтобы это не породило неприязнь. Впрочем, бабушка на моей стороне.
