Представляю, сколько счастья будет у Бори и Наташки!
Приехать я должен второго июля рано утром, о чем всех предупредил по телефону, и рассчитывал поспать до обеда, а потом рвануть по точкам и попытаться сбыть кофе. Очень надеюсь управиться до вечера. На шесть упаковок заказ есть, осталось еще восемнадцать пристроить.
Потом надо повидать друзей, раздать жвачки — пусть порадуются. Погонять детей немного, взять боксерские перчатки и начинать ставить удар, себе в том числе, у этого тела нет мышечной памяти. Утром следующего дня — к бабушке рвать абрикосы, которые начали созревать, и — назад в Москву.
Июнь пролетел незаметно, не успел насладиться им. Да и лето предстоит горячее во всех смыслах, будет не до отдыха.
Первого июля днем, когда вагон раскалился, как сковородка, я понял, что ошибся: легче не стало. Пот лил в три ручья, на третьей полке я рисковал сдохнуть от перегрева, потому большую часть дня простоял в тамбуре среди таких же неприкаянных. Полегчало, только когда солнце зашло.
Ну и зачем-то меня подорвало на рассвете, я вышел в тамбур и смотрел на проплывающие мимо зеленые склоны холмов, горы, деревни в долинах.
Было бы здорово, если бы меня встречали на вокзале тетя Иря и Толик, но, насколько я понял, они были в рейсе, и добираться придется самому, а значит, на сон останется несколько часов.
Когда поезд прибыл, и я, забрав коробку с кофе у проводников, наконец ступил на землю, меня кидало из стороны в сторону. Нужно узнать, сколько стоит билет на самолет… Хотя смысл? Меня, наверное, туда не пустят одного.
Или пустят? Времена-то другие. Багаж — двадцать килограммов, три пакована кофе можно взять. Зато несколько часов — и я дома, и не будет двух ночей мучений.
Из мыслей меня вывел оклик:
— Пашка!
Ко мне бежали Борис и Каюк. У Юрки отросли волосы, он немного пополнел и уже не напоминал помоечного котенка. Мальчишка как мальчишка. Я пожал руки парней.
— Ну, че там? — Борис жадно глядел на коробку в моих руках, хотя спрашивал, наверное, не об этом.
— Сундук со сказками, — сказал я и хлопнул по коробке.
— А если серьезно, то кофе на продажу. — Боря сразу потух. — Давайте отойдем, чтобы не затоптали. Дед подарки передал.
О — воспрянул брат, чуть ли не затанцевал на месте, Каюк загрустил — решил, что вряд ли ему что-то перепадет от чужого деда. Но ошибся. Не доходя до остановки, я достал по «Сникерсу», раздал батончики мальчишкам, которые уставились на подарок, как… Наверное, в мое время дети так новым айфонам не радовались.
