А то войдешь и останешься, а я тут, между прочим, с утра! — Она потрясла перед его лицом листком со списком.
В этот момент дверь резко распахнулась — бабка-цербер получила дверью по затылку и отлетела в сторону. Из кабинета вылетел всклокоченный мужичок в дедовском костюме, отшвырнул бабку, вернулся назад и проорал:
— Я вам так этого не оставлю! Это беспредел!
Снова вылетев в коридор, он принялся возмущаться беспределом, а я понял, что другого шанса не будет, глянул на распахнутую дверь… Но ноги будто приросли к полу.
Давай же!
Обливаясь холодным потом, я переступил порог. От волнения перед глазами все плыло, сосредоточиться было невозможно.
Я взрослый и сильный. Я многое повидал. Меня ничем не удивить и не испугать!
За обшарпанным столом сидела тощая блондинка лет сорока пяти, в очках, с тонким ртом, искривленным вечным недовольством. Вскинула брови, увидев меня, и спросила:
— Мальчик, ты заблудился?
— Здравствуйте, — как можно более дерзко проговорил я, отчитав себя за то, что не удосужился прочесть ее имя на табличке.
— Как же сложно вам с ними приходится!
Брови женщины взлетели еще выше.
Вот, сейчас, давай!
Непослушными руками я вытащил из рюкзака пачку кофе, поставил на стол и сразу перешел к делу:
— Мне нужна помощь. Мне и родителям.
Дверь распахнулась, сунулась бабка-цербер, но нотариус вскинула руку и сказала:
— Я вас позову.
Посмотрела на меня, на кофе, еще раз на меня, и уголки ее рта приподнялись, она положила пачку в сумку и откинулась на спинку стула.
— Почему тут ты, а не родители?
— Вопрос — у меня, а помощь нужна им.
— Слушаю.
— Мне четырнадцать лет, — сказал я. — Мать с отцом не живут вместе, но развод не оформили. Соседка продает дачу, она нравится моему деду, но он не может приехать. На мать оформлять нельзя — отец при разводе может отсудить. Можно ли оформить ее на меня?
— Хм, какой юридически грамотный мальчик! — Она блеснула глазами из-под очков. — Можно. Есть один способ.
— Спасибо! И еще проблема: сделку нужно оформить в ближайшее время.
Вот теперь она улыбнулась.
— Чую, у тебя большое будущее. Но, увы, никак не получится. Ты видел очередь? Они с утра тут торчат.
Осмелев, я вытащил три тысячные купюры.
— А можно ли оформить выезд после работы?
Не сводя глаз с денег, она покачала головой. Я прибавил еще три тысячные.
— Я понимаю, вы устали, много работы, но ведь в этом не будет ничего криминального, вы просто нас выручите.
