Вот же она, информация! И аналитика в «Коммерсанте» толковая, но никто не знает, где искать. А те, кто знает, не верят, что менее чем через десять лет некоторые бумажки станут золотыми. Единственная опасность — вляпаться в «Юггазчтототам».
Говорят «грызть гранит науки». Я сейчас золото науки грызу, стопка газет в моих руках бесценна. И, если проанализировать, идея приватизации не так уж плоха, если делать все честно и вести разъяснительную работу, но реализация, как всегда, подкачала.
Обязательно надо выписать «Коммерсантъ», там есть тайные знания, которые мозг простого человека не усвоит просто потому, что не привык напрягаться.
Как сказал Лёха, — заумь.
Самое интересное я выписывал в тетрадь, жалея, что нельзя отксерить или сфотографировать самые информативные статьи, как в будущем. Рядом страдал Лёха, дивясь моему фанатизму.
— Все. Не могу больше! — заявил он, захлопнув книгу. — Завтра еще приду. Ты как?
Я как раз читал прогнозы рентабельности предприятий, вывод напрашивался один: вкладывать надо только в те, которые остались на плаву в будущем.
— Эй! — Леха щелкнул пальцами. — Ты вообще с нами? Остаешься или домой? Четыре часа уже.
— Домой, — ответил я.
Надо на вокзал, передать запчасти Каналье. И с утра снова на вокзал — за овощами и деньгами. Доллары следует обменять, когда противостояние Ельцина и Моссовета достигнет апогея — в такие моменты курс всегда повышался. Потом он должен откатиться назад. Или ну его, не стоит рисковать из-за копеек?
Я сдал газеты, поблагодарил библиотекаршу и направился к Лехе, который от нетерпения пританцовывал у двери.
Когда вышли на улицу, он сказал:
— Я не понял, тебе тоже для учебы эта заумь нужна? Там же чёс!
— Для себя, — ответил я.
— Ну ты фанатик! — не оценил мое усердие новый приятель. — А ваще это к Алексу надо, у него батя жутко умный, работает в этом, ну, вот этой конторе, которая всем этим делом заведует.
— Приватизацией? — навострил уши я.
— Ну да.
— В Госкомимуществе? А кем?
— Ну не Чубайсом же! Замом какого-то зама.
Вот бы с кем поговорить! Теперь понятно, откуда у Алекса пейджер, и не один.
Как же здорово, что я тогда не начал драку первым и тем более не схватился за нож.
— Вот же повезло родиться, — мечтательно проговорил Лёха. — Они дом в три этажа строят, и тачку их ты бы видел! Джип! У Олега батя простой мент, у Лекса, — Леха вздохнул, — директор школы, но не той, где мы учимся. У меня мать и батя работают в метро.
— А сестры-братья есть? — спросил я для поддержания разговора.
