Вперед в прошлое 8

Хурма здесь ничего не стоит, многие хозяева не собирают ее, она падает и гниет. А в Москве это экзотика, как и инжир. Только транспортировать ее легче. А дозреть она может и на балконе, если положить ее вместе с яблоками в темное место. Научу деда — будет что месяц продавать… Хотя он же тут жил, должен уметь с ней обращаться.

Будет что продавать, ага. Скоро мороз ударит, и плоды превратятся в кашу. Вывод? Нужно запастись хурмой сейчас, пока она дубовая и не испортится. Вот о чем думать надо.

Борясь со страхами, я доехал до домов-коробочек.

Возле дома Барика спешился, отметил, что окна все целы, следов перестрелки нет. Огородик, где дозревала капуста и зеленела петрушка, никто не вытоптал. Ну а что я хотел? Борецкий-старший нужен ему живым — допросить и удостовериться, что я не обманул, и Олег Войтенко — действительно предатель.

А дальше что? Тайна, покрытая мраком.

Я вошел в подъезд, тут тоже ничего подозрительного не наблюдалось. Две коричневые дерматиновые двери. Вроде вот эта, справа, вся в наклейках.

Палец лег на кнопку звонка. Больше всего я боялся, что никто не выйдет, но донесся шорох, шаги, женский голос прокричал:

— Сережа, наверное, это к тебе.

Выглянул Барик, вскинул брови.

— Ты? Привет. Чего это ты?

Фу-ух, живой! И синяк с его лица почти сошел. Захотелось его расцеловать, но я сдержался, задал дежурный вопрос:

— Как дела?

— Да нормально.

Он не приглашал меня в квартиру и сам не выходил, видимо, знал, что я его недолюбливаю, и не знал, как себя вести. Кивком я пригласил его в подъезд, он оглянулся, крикнул:

— Ма, я сейчас.

— И вышел в стоптанных домашних тапках, спросил:

— Чего тебе?

Наверное, для гопоты это нормальное общение. Хотелось плюнуть и уйти, но мне надо было разузнать, как обстановка, иначе я поучил бы его правилам хорошего тона.

— Да, вот, хотел тебя пригласить кое-куда, но, видимо, не буду.

— Ой, да ладно, — сказал он примирительно. — Но учти, в школу вонь нюхать не пойду.

— Да мы с пацанами завтра хотим на пикник, думал тебя позвать.

— Че за пикник? Это че ваще?

Господи, он даже слова такого не знает!

— Да за грибами собрались за город. По лесу полазаем, ведерко соберем маслят или боровиков, может, белые попадутся. Поедим, что с собой возьмем, потусуемся, туда-сюда. И мать спасибо скажет, когда грибы с картошкой пожарит.

Его глаза заблестели.

— Хочу! А кто еще будет? Денчик пойдет? Кабан?

— Если захотят. Пойдем, перетрем, — сказал я на его языке. — Тут котами воняет.