Вперед в прошлое 8

Глава 7

Рынок, бабки, два стола

Из областного центра мы с Ильей возвращались рано. Друг поработал телохранителем, получил три тысячи и был довольным, как слон. Будь у меня мопед или машина, мы за пару часов управились бы, но общественный транспорт отъедал огромный кусок драгоценного времени. Если бы электрички ходили часто, уже в три дня мы стартовали бы назад, а так пришлось терять целый час.

А еще товара не хватило. Можно было бы продать больше, но я не рассчитал и, чтобы кофе хватило всем, пришлось припрятывать пачки.

Наверное, все дело в наценке. Такого кофе не было ни у кого, плюс если кто-то что-то продавал, то увеличивал цену вдвое, а не как я, на пятьдесят пять процентов.

Вроде как я теряю прибыль, но, если задуматься, пять тысяч с пачки — это больше дневной зарплаты большинства людей. Так что жадничать не надо, правильнее брать товарооборотом.

И вот наконец мы дождались посадки на электричку. Шла она медленно, потому люди предпочитали автобусы, и пассажиров в вагоне было немного: по одному-двое на сиденье.

Мы с Ильей уселись друг напротив друга и вгрызлись в «Сникерсы», которые я взял с собой.

На параллельном ряду сидела мама с очень толстой девочкой лет шести, которая гипнотизировала меня взглядом, как голодная собака. Аж неловко стало, но делиться было еще более неловко: во-первых, батончик я уже надкусил, во-вторых, девочка и так толстая, в-третьих, это будет выглядеть, как анекдот про еврейскую бабушку, мальчика и новых русских в ресторане, когда они пригласили внука за ломящийся стол, но бабушка сказала, что мальчик сыт.

Кульминация там такая: «Не ссы мальчик, всем хватит».

Электричка тронулась. Я уставился на мелькающие за стеклами исписанные металлистами и панками бетонные стены и заборы, которые почему-то одинаковы во всех городах. В голове вертелась песня «Ундервуда», которая еще не написана, ее ждать лет двадцать пять: «Дела, как в тамбуре, сестричка: стекла, окна, стакан. Толкает электричку шайтан».

Илья сосредоточенно смотрел в окно, хмурился.

Я достал учебник по анатомии, освежил в памяти строение спинного и головного мозга, прочитал про нервную и гуморальную регуляцию. Запомнил все, поражаясь гибкости детской памяти. Ушло на все минут сорок.

К тому моменту мы выехали из города и катили по полям, электричка стонала и покачивалась. Надрывались музыканты, кочующие по вагонам, и продавцы всякой белиберды и кроссвордов.

Через полтора часа поля сменились холмами, плоскогорьями и горами.