Вперед в прошлое 8

Чухан, а не джип, как с гор спустился, где в грязи буксовал, и аж номер не виден, только две последние цифры. Ну, мы ж иномарки ловим, эти с баблом и платят. Ну, короче, я поставил ведро и давай его мыть, а тут мужик вышел и как заорет на меня! Как погонит! Я аж зассал, у него волына на поясе.

— Какие последние цифры номера? — сделал стойку я.

— Шесть, семь…

— Сука, это ж наш джип! — Памфилов припечатал кулак к ладони. — Те же быки! Ну, которые базу…

На самом деле «Джип» — торговая марка, у быков был «Шевроле-Субурбан», но в наших краях джипами называли все внедорожники.

— А при чем тут «копейка»? — прогудел Чабанов.

— Да тише вы, — шикнул я на Дена и обратился к Бузе: — Продолжай.

И он продолжил, почесав отросшие светлые вихры:

— Ну, я помыл пока «москвича». Домываю, значит, а сам на джип смотрю. Странный он. Ну и крутой. И странный. Огромный такой! И мужик сидит за рулем, нервничает, пальцами вот так по рулю! — Бузя, возбудившийся от всеобщего внимания, растопырил пальцы и задвигал ими, как паук — лапками.

— И тут вдруг приезжает белая «копейка», там четыре мужика…

— Она! — воскликнула Наташка. — Мужики — в масках, в пятнистых куртках?

Бузя мотнул головой:

— Не, в майках! Это странно, холодно ведь уже. Короче, двое вышли, положили мешки в багажник джипа… Четыре мешка! И такие… э-э-э… такие штуки, завернутые в куртки.

— Автоматы, сто пудов! — сказала Наташка. — А дальше?

— «Копейка» уехала, там остались двое. И джип уехал, в другую сторону, из города. Развернулся там, где нельзя, чуть аварию не сделал.

— Помолчав немного, Бузя развел руками: — Ну, все.

С полминуты все молчали. Тишину нарушил Ден Памфилов:

— Это что же, иногородние быки, которые захватили нашу базу, напали на рынок? Зачем?

— Им мало станиц, — ответил я. — Расширяются. А то как-то мирно у нас в городе, все поделено между группировками, никаких разборок со стрельбой…

А было ли это в той реальности, что осталась в моей памяти? Там грек, который возил девчонок за границу, должен был остаться жить, и я не помню ничего, похожего на налет на рынок.

Это что же, свято место пусто не бывает? Если лечить организм антибиотиками, на место бактерий приходят патогенные грибки. Так же с бандитами. Останься Костаки, не появились бы «Славяне», еще более ужасные и беспринципные.

Сделалось жутковато.

Или я-прошлый просто не интересовался тем, что происходило в городе, тем более — криминальными разборками, и этот налет был?

— Надо рассказать ментам, — прогудел Чабанов.