Вперед в прошлое 8

Неужели и правда соскучилась? А значит, она любит меня, пусть и странною любовью.

А еще произошло четкое разделение, стало ясно кто кого считал семьей: Наташа встречала меня вместе с мамой и бабушкой, Борис предпочел компанию друзей.

Наконец стало посвободнее, и в салон против движения втиснулся Каналья. Прям не узнать в нем бича, которым он был весной! Помолодел, порозовел, подтянулся, движения плавные, никогда не скажешь, что этот человек на протезе. Ну и одет как щеголь, с иголочки. Или он все не свыкнется с мыслью, что мама его отвергла, и распушает перед не перья: смотри, мол, от чего отказываешься⁉

— Помочь? — спросил Каналья и, не дожидаясь ответа, поволок мою сумку к выходу.

Я вышел с завернутой в полотенце лампой Аладдина, словно с магическим жезлом, разгоняя толпу криком:

— Осторожно! Хрупкое! Разобьется — обольет краской!

Как ни удивительно, расступались, не напирали на меня спинами.

Мы остановились возле багажного отделения, ожидая, когда водитель достанет мой груз. На меня сзади налетела Наташка.

— Брателло! — Она отстранилась, схватила меня за щеки — пришлось убирать ее руки. — Как же я рада, мамочки!

— Как там Шевкет? — спросила бабушка, но Наташка продолжала меня тискать, и я никого не видел и ни в чем не мог участвовать.

Отметил только, что мама замерла в отдалении — видимо, не хотела подходить из-за Канальи. Непонятно, что там между ними произошло, насколько они друг на друга злы или обижены. Время покажет. Надеюсь, со временем страсти улягутся, и они перестанут шарахаться друг от друга.

Из-за безудержной Наташкиной любви стало неприятно — как коту, которого овчарка пыталась заиграть насмерть.

— Нат, я тоже рад тебя видеть, но — отпусти!

— Н-н-не могу! Чувства! Я роль круто отыграла, мама рассказала?

Она наконец отстранилась, запищала, топая, и меня закружил человековорот из друзей. Первым мне пожал руку Борис и спросил:"

"— Ты уже знаешь насчет базы, да? Пипе-ец! Ненавижу! — Он сжал кулаки и набычился.

Из багажника наконец вытащили мои сумки, Каналья водрузил их на кравчучку, и бабушка сказала, глядя на окруживших меня друзей:

— Внук, тебя ждать или уезжать?

Я кивнул, пожимая руку Илье.

— Ждать. Минут десять максимум.

Каналья удалился к машине, и его место заняла мама, поторопила меня:

— Давай быстрее.

Но бабушка посмотрела на нее так, что она сменила роль злого родителя на доброго. Потянулась к лампе:

— Тебе помочь?

Я отдал лампу, просто чтобы нейтрализовать родительницу.