Вот подъезжает УАЗик…
Скоро всему придет конец!
И вдруг время на таймере останавливается, потом цифры начинают бешено крутиться вперед, «плазма» гаснет, а включившись, показывает уже другой пейзаж: прифронтовой город живет своей жизнью. Мечутся машины, замирают на светофорах, люди гуляют в парках…
Меняющиеся цифры на таймере застывают: 15. 08. 2025, начинается отсчет секунд. Я откуда-то знаю, что можно сдвинуть время, перемотать вперед, именно для этого тут клавиатура. Бросаюсь к ней, но она не работает. Лихорадочно пытаюсь сообразить, в чем же дело.
Смотрю на «плазму», где крупным планом — дети, катающиеся с горки на детской площадке. Женщина, что за ними следит, вдруг вскидывает голову, и в расширенных зрачках отражается перечеркнувший небо инверсионный след…
Вскакиваю в кровати. Сердце заходится. Нечем дышать.
Темно. Тикают часы на тумбе. Сопит Боря на соседней кровати.
Упав на подушку, я закрыл глаза. Попытался себя успокоить, что это всего лишь сон… Или нет? Или это — наша новая реальность, где время грядущей катастрофы сдвинулось на двадцать дней?
Некоторое время я ворочался, пытаясь понять, что это было, но вскоре усталость взяла свое.
Глава 22
Кавабанга!"
"Проснулся я по будильнику — забыл, блин, выключить! Впрочем, мы сегодня все равно собирались в огород.
Едва в голове прояснилось, как вспомнился сон. Или не сон? Уж очень он был реальный.
Стоя под холодным душем, я думал-гадал, что это было. Все равно никак этого не узнать. А если все-таки — не сон? Может, позволить себе поверить? Тогда жизнь обретет глобальный смысл.
Если поверить, то выходит, что я каждый миг меняю реальность, а значит, каждая секунда неимоверно ценна. Останови руку, занесенную для удара, или просто вовремя скажи правильные слова — и счетчик на табло прокрутится вперед. Получается, в моих руках судьба реальности? Или в руках каждого из нас, потому что я — всего лишь маленькая лошадка?
Никогда не был сторонником фатализма. Напротив, считал, что нужно меняться и менять, и презирал людей, которые ничего не делают и только ноют.
Сейчас же понимаю, что они такие, потому что им не дано иного. То ли воли у них нет, то ли сноровки. Это как без ног родиться — нельзя от таких требовать, чтобы они беговые рекорды ставили. Или, в отличие от ног, волю можно отрастить? Прокачать, так сказать. Но опять же, чтобы прокачивать, нужно себя заставлять делать не всегда приятные вещи, например, задыхаться и обливаться потом на тренировках, унижаться перед Людмилой Федоровной Жо.
