Вперед в прошлое. Возвращение пираньи — 2

На улице рядом с полицейскими появились еще две машины без всякой боевой раскраски, и проворные типы в штатском принялись суетиться среди зевак — явно пытались хоть что-то узнать, но зеваки, как частенько случается, прибыли к шапочному разбору, лишь растерянно пожимали плечами и мотали головами.

Мазур к публичности никогда не стремился, а потому крепко взял Белль за локоть:

И провел ее внутрь, не дожидаясь, когда полицейские в штатском обратят внимание и на них. Рапорт, конечно, потом написать придется, но общаться с сыщиками не было никакого желания.

Высмотрев свободный столик, прямиком провел туда Белль, усадил. На него с любопытством косились, но в упор не таращились — уважение к адмиральским погонам срабатывало. Подозвав жестом официанта, сказал Белль:

— Скажи-ка ему, чтобы принес две больших рюмки коньяка и что-нибудь закусить.

Она кивнула и почти спокойно затараторила по-испански. Мазуру нравилось, как она держалась — все же девочка с характером. За высоким выбитым окном продолжалась деловитая полицейская суета.

Моряки гомонили и пили. В клубы сыщики пока что не совались.

Официант обернулся вмиг. Бокалы и в самом деле оказались большими, грамм на сто — вполне подходящая доза для русского человека, медленно отходившего от напряжения. Мазур одним глотком отпил добрую половину (Белль глядела на него с восторженным ужасом), сказал:

— Тебе, конечно, такими дозами не стоит, но хороший глоток сделай. Помогает, верно тебе говорю...

Она добросовестно отпила, почти не поперхнувшись.

Мазур торопливо подсунул ей сочный ломоть ветчины. А сам разделался с остававшимся в бокале. Присмотрелся к напарнице: как и следовало ожидать, народное средство подействовало, щеки Белль раскраснелись, на губах появилась не такая уж и бледная улыбка.

— С вами первый раз вижу, как пьют русские, — сказала она почти весело. — Хотя инструктор рассказывал...

— Про водку из самовара? — усмехнулся Мазур.

— Да, примерно так...

Мазур не стал ей говорить, что водку из самовара он пил один-единственный раз — да и то в Африке, в компании взбалмошной тамошней принцессы.

— Я, пожалуй, выпью еще, сказала Белль и второй глоток сделала гораздо более храбро. — Что-то в этом есть...

Мазур присмотрелся к ней без всякой тревоги: выпила всего-то грамм пятьдесят хорошего коньяка, да с хорошей закуской. На ногах устоит, кренить ее не будет.

— Вы мне спасли жизнь, сеньор адмирал, — сказала Белль, глядя на него прямо-таки преданно.