Второе дыхание (СИ)

Чего выступать-то, правда?

— Как тебе Троицкий Собор?

Долгая дрожащая тишина. А потом муж резко переворачивается и накрывает меня своим телом, жёстко фиксирует лицо ладонями и, глядя в глаза, рычит:

— Да. С тобой куда угодно. Хоть ещё раз замуж, хоть венчаться.

Муж, быстро и коротко зацеловывая моё, розовое и довольное, личико, отрывисто бормочет:

— Всё будет. Не волнуйся. Я всё устрою. С тебя платье и присутствие.

И мне остаётся что? Только расслабиться, довериться и… наслаждаться нашим счастьем.

88. Эпилог. Ульяна.

Жизнь после сорока. Есть ли? Какая она?

В свои сорок один я узнала про неё чуть-чуть.

Она есть, и она такая, какую ты готова вести.

Хочешь — можешь степенно ждать внуков находясь в бесконечном колесе «дом-дети-работа-дом». А хочешь — никто не мешает научиться писать картины, вышивать, кататься на горных лыжах или велосипеде. Если ты готова, то можно сменить работу, переехать, найти любовь всей жизни.

После сорока я обрела огромную внутреннюю свободу.

После сорока я на практике познала, что эмоции не умирают с годами, они есть у нас, только спрятаны иногда очень и очень глубоко. Под гнётом стыда, страха и неуверенности.

Да, скажу я. Из, казалось бы, навсегда угасших чувств, можно вновь разбудить вулкан страстей. Главное в этом деле — задуматься, захотеть, рискнуть.

Не всё так просто, и на изменения необходимы силы и смелость.

Время нужно обязательно. Для начала, чтобы посвятить его себе. И не испытывать после этого стыда и угрызений совести.

Меня, на самом деле, спасли психотерапевт, вязание и готовность к любому повороту жизни. Открытость новому, умение прощать, способность самой прощение попросить — всё это вместе подарило мне жизнь, которую в сорок один год, с тремя детьми и одним-единственным мужчиной, я могу назвать действительно моей. И счастливой.

Я правда, физически, ощущаю этот восторг.

Наслаждаюсь каждым мгновением и пребываю в гармонии с собой вот прямо сейчас.

Стою в отделанном кружевом и расшитом жемчугом с серебряной нитью парадном платье со шлейфом, на ступенях любимого Троицкого Собора, держа в руках скромный нежный букет из белых роз.

За спиной, сжимая меня в объятьях, находится он. Мой муж. Не только перед людьми, но отныне и перед Богом.

Артём рад. Смеётся. Шутит с младшим братом:

— Хотел быть свидетелем? Будь! Не спи! А то всех красоток разберут.