Второе дыхание (СИ)

Даже если бы я вдруг забыла об этих изысках, то мне постоянно о них напоминали: линзы в глазах нудели и тёрли о раздражающей туши и плывущих тенях, «залакированные» пряди на ветру уподоблялись парусам, хоть и не мокрым, и не алым, но в рот лезли столь же неприятно, а про несчастное платье не спросил только ленивый — начиная с охранников и заканчивая кладовщиками…

Легко сказать — почувствуй вдохновение, побудь прекрасной незнакомкой с полотен Гейнсборо, стань, хоть на день, музой Дома Версаче. Жесть это, скажу я вам! Если бы не моя прекрасная подрастающая социальная гордость и нагрузка единая в трёх лицах, если бы не страдающий насморком и осиплостью муж, привёзший из командировки мне дополнительную заботу, если бы не регулярные дочерние визиты…

Возможно, при отсутствии в моей жизни и быту вышеозначенных факторов, я бы прониклась идеей «разбудить в себе женщину».

Но, по зрелому размышлению, после четырёх дней полевых испытаний, когда я выгуляла все заскучавшие в недрах шкафа платья и деловые костюмы, стёрла в пяти различных местах ноги по очереди туфлями, босоножками и летними резными полусапожками от Аллы Борисовны, когда глаза начали слезиться и без линз, просто при виде косметички, я решила — пока достаточно.

Меня, входящую в офис в пятницу в кроссовках, джинсах и обычной рубашке навыпуск, с благостным ностальгическим прищуром встречал курящий у двери генеральный:

— Что, Ульяна Романовна, перерыв у нас на ниве демонстрации шедевров высокой моды? Временно отбой? И простые смертные могут вздохнуть спокойно, а не выискивать стопятьсотый способ как-то эдак завязать галстук? И шейные платки можно не покупать?

— Герман Юрьевич, не думала, что мои социальные эксперименты, в рамках бизнес дресс-кода, кого-нибудь у нас затронут.

— Она, значит, не думала, а в бухгалтерии ежедневно парад от Юдашкина и Диковицкой, в фин. отделе сплошной Зайцев вперемешку с Бергером, Хендерсоном и несчастным Армани, — генеральный демонстративно закатил глаза и несолидно фыркнул.

Очень невежливо изобразила сову. Я, оказывается, так заработалась и столько страдала у себя в кабинете в новом амплуа, стараясь лишний раз никуда не выходить, что самое интересное пропустила.

— Думайте, пожалуйста, впредь, Ульяна Романовна! И предупреждайте, я бы хоть смокинг выгулял, — босс всея нашего бедлама хитро подмигнул и гордо удалился, оставляя меня в полнейшем офигении у турникета.

То, что тормозила на входе очень зря, стало понятно почти мгновенно.