Законник Российской Империи. Том 2

Теперь ты понимаешь?

И это глава рода ей не озвучил те вещи, которые он узнал параллельно с расследованием этого инцидента, и что Александр сам принимал не самые лучше, как для аристократа, шаги. Но, опять же, Максим об этом ничего не говорил.

Слушая все это, Елена Андреевна словно почувствовала озарение. Неужели Максим изначально не был угрозой. Но как она могла так ошибаться? В тот момент усталость от стояния на горохе и тяжесть осознания рухнули на ее плечи, словно неподъемный груз. Женщина упала на колени. Это был редкий момент, когда она позволила себе слабость.

Слезы потекли по ее щекам.

— Прости меня, Николай! Я была так глупа…

Николай Владимирович мягко подхватил ее под руку и поднял с колен."

"— Тебе не нужно извиняться, — он сделал длинную паузу, вспоминая слова Максима, после чего тихо, словно ненароком бросил. — И ты меня прости, что не предусмотрел, что ты это так воспримешь. Но впредь нужно больше думать головой и делиться со мной своими опасениями. Не все те враги, в ком ты их видишь.

Елена Андреевна держалась за руку мужа и смотрела на него так, будто впервые видела перед собой этого мужчину.

Она поверить не могла, что ее муж способен признать свою неправоту, пусть это и случалось чрезвычайно редко.

В тот день хозяйка поместья Темниковых осознала, что перемены, которые принес в их семью Максим — на самом деле куда глубже, чем казалось. И, возможно, они были к лучшему, и все не настолько плохо, как виделось ей.

Глава 11

«Цветочный Сад» оказался двухэтажным особняком за изящной кованой оградой.

Заведение располагалось в тихом районе столицы, где особо не любили задавать лишних вопросов. С виду дом выглядел вполне респектабельно — свежевыкрашенные стены, ухоженный палисадник, и лишь скромная вывеска с изображением цветов намекала на его истинное назначение и то только для понимающих.

— Это и есть тот самый «Цветочный Сад»? — хмыкнул Александр, нервно осматривая здание. — Выглядит… мило.

— Мило, — повторил я с лёгким сарказмом, разглядывая вывеску. — Похоже на домик для отдыха, а не на публичный дом.

Действительно, на первый взгляд всё выглядело ухоженно и благочестиво, даже слишком. Ощущение порядка и приглушенного лоска усиливал аромат благовоний, который витал в воздухе, словно пытаясь скрыть что-то неприятное. Красноватый свет, исходящий из окон, делал здание ещё более загадочным. Казалось, что если бы не вывеска, прохожие могли бы принять его за дом какого-нибудь богатого купца или изысканный салон для встреч местной знати.