Именно поэтому мы готовы предоставить полный доступ к нашим исследованиям тем, кто решит инвестировать значительные суммы. Вы сможете лично убедиться в эффективности наших разработок.
Я внимательно наблюдал за реакцией гостей. Большинство выглядели заинтересованными, некоторые — откровенно восхищенными. Но были и те, кто сохранял скептическое выражение лица.
— А что насчет правовой стороны вопроса? — спросил я, стараясь, чтобы мой голос звучал непринужденно. — Насколько я знаю, подобные исследования находятся… скажем так, в серой зоне законодательства.
Федор Антонович улыбнулся, но в его глазах мелькнуло что-то, похожее на настороженность.
— Вы правы, Максим Николаевич. Именно поэтому мы так тщательно выбираем наших партнеров и инвесторов. Но уверяю вас, все наши исследования проводятся в рамках закона. У нас есть все необходимые разрешения и лицензии. И, разумеется, никаких опытов на людях.
Я кивнул, делая мысленную пометку проверить эту информацию позже. Все же когда у тебя есть деньги и власть, то многие ограничения не кажутся таковыми.
Да и сколько людей пропадает бесследно каждый месяц… В общем, есть, о чем подумать.
Экскурсия подошла к концу, и Федор Антонович пригласил всех вернуться в главный зал для продолжения вечера. Пока мы поднимались по лестнице, я услышал обрывки разговоров:
— Невероятно! Я готов вложить все свое состояние в это дело!
— А вы не боитесь? Что, если эти технологии попадут не в те руки?
— Ха! Представляете, какие возможности это открывает для военного дела?
Последняя фраза заставила меня внутренне напрячься.
Действительно, в руках военных эти разработки могли стать страшным оружием.
Виктория Корнилова, заметив наше возвращение, подплыла к мужу:
— Ну как, дорогой? Наши гости впечатлены?
— Более чем, моя дорогая. Думаю, сегодняшний вечер можно считать успешным, — кивнул он.
Виктория повернулась ко мне.
— А вы, Максим Николаевич? Что думаете о наших исследованиях?
— Это поразительно, Виктория Александровна. Я и представить не мог, что наука продвинулась так далеко.
Уверен, моя мать была бы в восторге.
— Ах, Мария Леонхарт! Какая потеря для науки… Знаете, Максим Николаевич, мы были бы рады видеть вас среди наших постоянных гостей. Возможно, вы даже захотите принять более… активное участие в наших исследованиях?
— Это было бы честью для меня, — улыбнулся я. — Хотя, признаюсь, мои познания в науке не сравнятся с познаниями моей матери.
Федор Антонович, слышавший наш разговор, вмешался.
