Жена по праву

Давай карандаш! — раскрыла я ладонь, не желая слышать продолжения. — Я изображу узоры!

Я отогнула рукав халата и примерилась, как буду рисовать.

— Лера, ты хочешь руками? С ума сошла? Маги тьмы не пишут руками. Я хочу заставить угольную материю саму лечь на запястья и вживиться в кожу, иначе одно касание воды — и краска слезет. Но проклятый рисунок… — заиграл желваками Роберт.

— А-а-а, — протянула я, вскинув брови.

Да, к миру с магией привыкнуть непросто. Многие вещи делают тут не как мы. Но писать руками? Как будто это позор… Я всю жизнь писала руками и ничего!

Пока Адальхарт хмурился, я рассмотрела узор на запястьях его родителей и поняла закономерность витиеватой последовательности.

— Конечно магией тьмы я не владею, но я могу повторить узор. Может, подскажешь, что нужно сделать? — повернулась я к Роберту.

“Супруг” изумлённо вскинул бровь и приблизился с карандашом в руке.

— Нужно призвать магию тьмы, которую я передал тебе, — произнёс он, протянув карандаш. — И изобразить узор на запястьях.

Спасибо, кэп…

Вот тебе и задачка. Огонь я чувствовала, а вот тьму, управляющую материей, как говорил Адальхарт, — чего не было, того не было.

Я обречённо вздохнула, и Роберт сел рядом на диван, взяв мои ладони в свои. Плечи невольно задрожали под властью его рук, и я подалась от Роберта, испугавшись близости, которая могла вновь разразиться безудержной страстью и одурманить разум.

20

— Не бойся меня, я помогу, — успокоил он.

Я не тебя боюсь, Роберт. Я боюсь себя и того, что со мной происходит.

Злость на бессильное положение, в котором оставила меня Валери, забурлила по венам."

"— Когда обращаешься к магии, нужно быть спокойной и максимально сконцентрированной, — проговорил он, перебирая костяшки моих пальцев.

Легко сказать, Роберт. Я переместилась в другой мир, ты мой палач, как я могу быть спокойной! Особенно, когда ты так меня гладишь.

— Что с тобой?

— Скажи, а привязка как долго действует? — приподняла я бровь.

— Месяц или до момента зачатия — как получится, — озадаченно произнёс Роберт и тоже приподнял бровь.

— А может… можно её как-то снять? — осторожно сморщила я носик. — Сосредоточиться мешает.

— Очень мешает? — опасно прищурился Адальхарт. — Может, тогда займёмся более нужным делом, например, подтвердим брак и не будем подделывать метки?!

Я сделала судорожный вдох, продолжая глядеть в серые, требовательные глаза “мужа”.