Жрец Хаоса. Книга II

К старой башне мы добирались быстрым шагом не менее получаса. Дворцовый комплекс был немаленьким ансамблем зданий, а башня находилась вдали от основной резиденции Пожарских. Видимо, не хотели они видеть напоминание о своих грешках и о силовом захвате власти. Однако же деваться было некуда — с башней ничего сделать не смогли, как и вынести её за пределы кремлёвской стены, а потому просто обнесли новым кольцом защитных сооружений.

Удивительно, но вокруг башни ничего не росло — ни травинки, ни былинки, ни дерева, ни куста.

Вокруг неё стоял запёкшийся базальт, как будто здесь гремела битва, во время которой температура огня превратила камень едва ли не в запёкшееся стекло. Вещество было настолько гладким, что в нём можно было рассмотреть даже звёзды, медленно загоравшиеся в небе.

Сама же башня представляла собой обычный приземистый трёхэтажный донжон с мелкими узкими окнами-бойницами, зубцами наверху и весьма странным кристаллом-накопителем на крыше, который переливался в ночи серебристо-голубыми искрами, едва ли не отбрасывая молнии.

Если присмотреться, было видно, что накопитель пульсировал, а от него в разные стороны расходились силовые линии, оплетая башню — не хуже лоз дикого винограда. Мне отчего-то эта картина показалась знакомой и даже родной… Объяснить подобные чувства я никак не мог, списав всё на потерю памяти или же, напротив, на пробуждение памяти рода.

Цвет силовых линий мерцал от голубого к серебристому и синему. Если с голубым понятно — это был холод, то серебристый подозрительно напоминал бабушкину силу.

Хаоситы на троне? Сильно сомневаюсь. К тому же тогда бы Пожарские не взяли под крыло Утгардов с силой хаоса. Выходит, что за серебро отвечала либо пространственная магия, либо магия призывов. Каким бы цветом не искрила защита, но она была нерушима даже спустя тысячу лет. Видны были попытки взломать её, однако же, судя по ярким вспышкам, сделать с ней ничего Пожарские так и не смогли."

"Но стоило ступить на базальт, как императрица, принц и бабушка остановилось и начали закрывать уши руками.

Я же, откровенно говоря, ничего не слышал. Пришлось осторожно подойти к бабушке шёл и тихо уточнить:

— В чём дело?

— Неужели ты не слышишь криков и просьб о помощи?

Я вопросительно приподнял брови и посмотрел под ноги. Под базальтом, практически прозрачным, спёкшимся до состояния стекла, мерцали защитные линии, напоминая плетение паутины, расходящейся от центра с башней в разные стороны.