Жрец Хаоса. Книга II

Если сможешь озаботься этим… я компенсирую.

— А вам обязательно компенсирует дворец, — он почти незаметно улыбнулся. — Если принц не в курсе таких тонкостей, обратитесь к обер-камергеру. Уж он-то знает.

— Хороший совет, — я кивнул. — Займитесь.

— Всё сделаем в лучшем виде, Ваше Сиятельство.

Камердинер взглянул на часы, сверив время, и отступил, дав мне пройти. Сам отправился выполнять поручение едва ли не строевым шагом, как солдат, получивший приказ.

* * *Когда я открывал учебник по магии кошмаров, то ожидал увидеть нечто простое — вроде подраздела магии иллюзий.

Однако первая же вводная глава заставила усомниться в «лёгкости» осваиваемого искусства.

Передо мной чётко выстроилась структура обучения. Не знаю, кто её составлял, но я бы низко поклонился этому магу за продуманность и системность. Начальный уровень включал четыре последовательных этапа. Первым шли основы манипулирования страхом — базовые техники воздействия на эмоции. Затем следовала визуализация кошмаров, то есть создание простых пугающих образов.

Третьим этапом была проекция страха — умение переносить собственные страхи на противника. Завершалось всё базовой защитой — обороной от чужих кошмаров, что явно пригодилось бы при встрече с носителем схожей магии.

Дальше я пока не углублялся, но после описания уровней шёл отдельный урок — явно рассчитанный на самоучек.

«Кто-то всерьёз готовил это пособие для изгоя, оторванного от рода и наставников, — подумал я, проводя пальцем по пожелтевшей странице. — И этот изгой — я».

Первый урок ставил чёткую цель: научиться чувствовать, усиливать собственный страх, а затем проецировать его в простейшей форме на живое существо.

«Страх — это энергия, — гласил текст. — Она существует в подсознании и может быть усилена, ослаблена или перенаправлена. Следующий этап — эмоциональный резонанс: если ты способен ощутить страх, то можешь заставить ощутить его другого. Но краеугольный камень — контроль. Для мага он важнее силы. Без умения управлять эмоциями магия кошмаров не просто обратится против тебя — она сломает разум»…

Прочитав теорию, я тут же, как любой нетерпеливый адепт, перевёл взгляд на практическую часть.

Но вместо упражнений крупными буквами красовалось предупреждение — и вот за одно это я готов был не просто поклониться составителю, а возвести его в ранг гения."

"Текст предупреждения был написан жирным шрифтом и занимал почти полстраницы. Категорически запрещалось тренироваться более двадцати минут за раз — во избежание панических атак.