Жрец Хаоса. Книга III

Я судорожно пытался сопоставить действия увиденного проклятия с тем, что я видел у бабушки, и с тем, что я видел в процессе трапез орденских астральных сущностей: мошки у Савельева, баклан у Олега Ольгердовича.

И как бы мне ни хотелось обвинить во всём Орден, но это проклятие действовало совсем иначе. Пока принц сжимал и разжимал кулаки, пытаясь успокоиться, я снова обходил его по кругу. Хотелось попросить собственную Пустоту принюхаться и присмотреться к этому проклятию, чтобы она смогла мне подсказать: сможем ли мы с ней как-то сладить или же нет.

Но мои хождения вокруг принца дали весьма неожиданный результат.

— Значит так, Юра. Я сейчас мысленно просчитал до ста, прежде чем начать говорить. Ты не представляешь, насколько сильно моё желание отправить тебя в отставку… но при этом часть моего разума в какой-то мере верит тебе, — со вздохом ответил Андрей Алексеевич. — Моя усталость и вспышки раздражения не могли появиться после одного простейшего приёма, пусть и весьма насыщенного по количеству приглашённых гостей.

А потому отследить за последние несколько часов, кто мог навесить на меня проклятие такого рода, чтобы при этом никто не заметил, — та ещё задача. Только из-за этого я не отбрасываю высказанные тобой предположения. Однако же… каким бы ни было моё нынешнее состояние, сегодня в полночь, после завершения приёма, должно произойти кое-что, что сожжёт это проклятие напрочь. Поэтому ни тебе, ни мне не стоит беспокоиться — даже если оно есть.

Я бы, конечно, не был столь оптимистичен, но все свои мысли по этому поводу оставил при себе.

— У вас будет нечто вроде стихийной инициации… повторной? Думаете, ваш огонь выжжет всё на вас навешенное? — я задал вопрос, уже догадываясь об ответе на него.

И всё же поведение этой самой кляксы мне не нравилось. Она всё так же слизывала пламя с ауры, будто бы захватывая по сантиметру доступное ей пространство.

— Что-то вроде того, — кивнул принц и потянулся за своим мундиром.

— Тогда тем более не советую этого делать, — честно сознался я. — За то время, пока мы с вами беседовали, ваша собственная родовая магия попыталась бороться с навешенным на вас проклятием, но только подпитала его, увеличив его площадь. Я думаю, ваша раздражительность и прочее — лишь цветочки. Ягодки начнутся чуть позже, как раз-таки во время инициации.