Жрец Хаоса. Книга III

Собственно, там мы и познакомились, когда я помогал солдатам грузить и сортировать казаков.

Признаться, я впервые видел, как работали некроманты. Магия у них имела, на удивление, тоже зеленоватый оттенок, как и у лекарей. Но если у лекарей он был изумрудный, то у некромантов — ближе к бледному, словно цвет застоявшейся в болоте тины.

Я видел, как Али прощупывал каждого мертвеца, проверяя, сможет ли он его вернуть к жизни. Работал патриарх Керимовых в паре с лекарями. И, по большому счёту, насколько я понял, сейчас он был скорее проводником душ — возвращал не ушедшие души, оставшиеся возле своих тел, обратно в их вместилища, а лекари уже дальше проводили все реанимационные мероприятия.

Патриарх рода Керимовых справился со своей задачей на ура, вернув к жизни чуть больше двух третей погибших казаков. Казалось бы, не такой и великий процент, но если за каждым солдатом стояла семья… то выходило, что около двух сотен семей не лишились сегодня отцов и сыновей… Остальных сожгли и пепел поместили в братскую могилу, возведя сразу же на месте памятный монумент по случаю.

Сам же Али, проведя все ритуалы, бросал на меня нечитаемые взгляды. Я отвечал ему тем же, пытаясь вспомнить, кого он мне напоминает. Не сразу, но вспомнить удалось: он весьма напоминал всадника на костяной виверне, который в своё время помог бабушке отбить атаку Светловых на Химерово. Фамильное сходство было заметным.

Так бы мы, наверное, разглядывали друг друга, не решаясь подойти, если бы я не услышал из-за спины голос бабушки:

— Али, был бы ты пиромантом, уже бы дыру прожёг в Юре.

"Я тут же обернулся. Княгиня выглядела неплохо — всё-таки лекари, дежурившие вокруг трёх русских архимагов, выкладывались на полную. Им уже ничего не грозило. Единственное, что княгиня всё-таки выглядела получше, чем Морозов и Волошин — у неё из груди средоточие не вырывали, в отличие от остальных двух.

Ну и у тех постепенно отладили внутреннюю структуру энергоканалов — во всяком случае, крупные им восстановили.

Али неспешной походкой подошёл к нам.

— Княгиня, княжич, рад встрече. И рад, что с вами всё в порядке.

Говорил он вполне правильные вещи в соответствии с этикетом. Но вот взгляд, бросаемый на Елизавету Ольгердовну, мне не понравился.