— Я так понимаю, что речь идёт не о лишении невинности семи дочерей графа.
— Верно понимаешь, — кивнула княгиня. — Речь идёт не о войне родов, а о магической дуэли до смерти. Но к этому варианту обычно не прибегают. Если пару застукали, то совершали обряд, а если нет… — то обходились вирой и клятвой о неразглашении. Некоторые рода с низким достатком, но большим количеством дочерей только так их замуж и раздавали. Так что хвала богам, ты успел вмешаться.
— Кстати, — вспомнил я, — есть ещё одна дельная мысль для обеспечения безопасности Эльзы.
Нам с тобой, бабушка, нужно поработать над личной химерой для сестры, которая бы защищала её от неприятных неожиданностей. И у меня есть на эту тему идея.
— Меня твои идеи уже страшат, — вздохнула бабушка. — Но, чтобы ты не придумал, я помогу.
— Думаю, это будет исключительно полезное творение.
Оставшаяся часть вечера прошла без сверхъестественных или интересных событий. Но, если быть честным, после этой ночи я чувствовал себя так, будто пережил одну маленькую, но победоносную войну.
Событий было столько, что иному человеку хватило бы если не на всю жизнь, то на десятилетие — так точно. А у нас как-то это всё уложилось в одну ночь.
Когда бал завершился, я подошёл к Его Императорскому Высочеству и поинтересовался, нужен ли я ему ещё. В голове отложилось, что он просил меня остаться после бала. Однако же принц только покачал головой.
— Вопрос был в повторной инициации, но так или иначе ты принял в ней участие, не дожидаясь окончания вечера.
Потому можешь с чистой совестью отдыхать. И да… Лекари вынесли свой вердикт в отношении Солнцева. Уж не знаю, какой на нём был артефакт, кто на него повлиял, но всё же воздействие на него было оказано. Он не по своей воле приставал к твоей сестре.
Я выдержал паузу.
— Я прекрасно осознаю, что случись непоправимое, тебе было бы от этого не легче. Потому даже не буду просить тебя смягчиться в отношении Солнцева. Однако же просто имей это в виду, когда будешь общаться с его отцом!
Я кивнул, принял во внимание предупреждение принца и наконец-то отправился домой.
Уже покидая бальный зал, я заметил в уголке сидящего, бездумно пялящегося в стену Железина. Вид у него был явно отсутствующий. Вокруг сновали слуги, убирая остатки пиршества и декораций, а Железин всё так же сидел и смотрел в одну точку.
Проходя мимо одного из столов с закусками, я прихватил бокал с крепким алкоголем, а потом подумал, позвал одного из слуг и попросил принести бутылку.
