Злодейский путь!.. Том 1 и Том 2 (СИ)

Шен поискал глазами источник звука, и с удивлением обнаружил, что колокольчики держит Муан. Забавно. В этой поездке он столько нового о Муане узнал. К примеру, ничего в новелле Ера не намекало на то, что Муан способен использовать маленькие колокольчики так же умело, как бессмертный меч. Похоже, Шен сильно недооценивал возможности этого человека. Однако признавать его заслуги и прекращать над ним подтрунивать он явно был не намерен несмотря ни на что.

Эра кружилась, прыгала и била в бубен. Темп мелодии постепенно ускорялся, движения становились более рваными, резкими, все меньше походили на танец.

Девушка запрокинула голову, закатила глаза и что-то не то шептала, не то молила. Не было какого-то определенного ритма, но был напев. Ее ученики, стоящие в стороне, принялись невпопад бить в большой гонг, установленный на краю поляны. Бум-бум-бум! Создавалось впечатление раскатов грома, нежный звук колокольчиков оказался почти заглушен.

Губы Эры продолжали что-то нашептывать, но ноги заплетались, она почти уже не могла стоять.

Муан подскочил сзади и поддержал ее.

На мгновение поляна погрузилась в гнетущую тишину. А затем кто-то из толпы выкрикнул:

- Предки пришли вкусить от трапезы?!

Все присутствующие деревенские жители стали с трепетом вглядываться в лицо жрицы, чтобы, словно предсказание, определить, озлоблено оно или же ласково. Солнце окончательно зашло, погружая поляну в сумерки. В этой полутьме один человек зажег свечу. Медленно он приближался к жрице, а толпа двинулась с ним, точно волна.

Они продвигались словно бы на цыпочках. Тишина, растекшаяся вместе с отзвуками последнего раската гонга по поляне, нагнетала волнение. Жрица стояла без движения, поддерживаемая Муаном. Люди медленно подступали, замирая при каждом шаге. Когда они подошли достаточно близко, чтобы свеча осветила ее лицо, Эра дернулась и резко и дико расхохоталась. Поляна словно ожила, вокруг воцарился хаос звуков. Деревенские кинулись к Эре, кланялись, наперебой спрашивая, кому будет удача или горе.

Шен продолжал стоять на месте, издалека наблюдая за происходящим. Он не совсем определился, как это интерпретировать. Просто представление? Или за этим обрядом в самом деле что-то кроется?

Но в конце концов не все ли равно? Беловолосые брат с сестрой посреди сумеречной поляны с висящими гробами за спиной и обступившим их простым людом, казались древними, сошедшими с картины, начертанной тушью, божествами.

Шен любовался этой сценой.