Злодейский путь!.. Том 10 (СИ)

И что еще Шен должен сделать, чтобы заставить его сказать правду? Возможно, если б Шен был более гибким, сказал бы ему несколько теплых слов, Шиан бы успокоился и все ему рассказал. Но Шен даже представить не мог, что его губы шевелятся, чтобы выдать такое. Шиан вызывал в нем слишком сильные эмоции, в которых злость была смешана с раздражением и опасением, а еще и с обидой, так что он и эмоционально, и физически не был способен успокоиться настолько, чтобы притвориться и произнести нечто ласковое.

— Как ты избавился от проклятой метки?!

— Я не избавлялся.

Шиан, нависающий над ним, от такой информации резко поумерил свой пыл и присел прямо на столик.

— Зимняя стужа? Чуть тебя не убила? Ты не говорил об этом.

— Мы вообще мало общаемся, если ты не заметил, — пробормотал Шен, выдергивая, наконец, из его пальцев свое запястье. Забавно, они всего-то говорят не больше десяти минут, а у него уже столько синяков.

Шен потер ладонь левой руки, в центре которой распускался красный цветок ликориса. Трудно сказать, действительно ли эта печать была способна сдержать Глубинную тьму, если бы та полезла из Рэна и попыталась захватить мир, но ее щупальца, направленные на самого Шена, отражать все же получалось. Естественно, он не собирался вдаваться в подробности и посвящать Шиана в неудобные детали.

Шиан взял его ладонь в свою руку и провел большим пальцем по красному цветку в ее центре. Жест, особенно в контрасте с предыдущими, казался нежным и даже в какой-то мере интимным. Шен напряженно замер.

— И ты говоришь мне об этом только сейчас? — с возмущением произнес Шиан, вновь подняв на него взгляд. — Ты не можешь не понимать, как это может быть важно! Что, если мы сможем найти другой способ сдерживать Глубинную тьму?! Тогда тебе больше не придется так страдать!

Шен криво усмехнулся, аккуратно вынув из захвата свою руку.

— Скорее, это лишит меня защиты и права здесь находиться. Что тогда будет? Вместе со старейшинами изгоните неугодного заклинателя, вставшего не на тот путь?

Шиан строго посмотрел на него.

— Ты же видел воспоминания! Ты теперь не можешь говорить, что ничего не знаешь и не помнишь! Ты знаешь, что ради тебя я убью кого угодно.

У Шена мороз пробежал по коже. Эти слова звучали слишком просто, без всякой бравады.