Злодейский путь!.. Том 3 и Том 4 (СИ)

Шен проснулся от собственного крика.

Уставившись в темный потолок, он чувствовал, как тело бьет дрожь. В обычном сне его никогда не посещали такие яркие эмоции. А это значило лишь одно — снова насланный кошмар Глубинной тьмы. В первый и последний раз она баловалась подобным, открыв ему непередаваемые ощущения собственной смерти от рук главного героя, и было это уже давно. Сейчас же снова распоясалась по какой-то причине.

Шен против воли провел пальцами по губам. Кажется, его собственные эмоции соединились с кошмаром Глубинной тьмы, превратившись в эдакую непередаваемую смесь из злобы и беспомощности.

Оставалось только радоваться, что все это всего лишь сон.

Шен долго уговаривал себя, что это всего лишь сон. Он просидел до рассвета, больше не сомкнув глаз.

Как и намеревался, Шен украсил весь фасад черного замка бумажными фонариками для праздника Яркой Луны. В отличии от обычных фонариков, внутри этих приглушенным голубоватым светом горели талисманы, а сами они были выполнены в правильной круглой форме.

Фонарики, украшающие черный замок, были лично изготовлены его хозяином из найденных в закромах материалов. Шен нашел в себе призвание к этому занятию, и терпеливо мастерил их на протяжении нескольких дней, пока не наделал больше полусотни.

Вечерами, когда мрачный замок окутывали сумерки, талисманы внутри фонариков зажигались голубоватым огнем и придавали одинокой площади праздничную атмосферу. Светили они достаточно ярко, чтобы Шен нашел удобным предаваться чтению на лавочке после захода солнца.

Ему в последнее время вообще как-то больше полюбились сумерки и мрак, яркий свет его раздражал, а особенно бесило солнце. Стоило этому светилу выбраться из-за облаков, как заклинатель недовольно поглядывал на небо и приговаривал: «Ну надо же, явилось! Тебя тут никто не ждет, вали восвояси!». А когда солнце никуда не девалось, скрывался под сводами своего замка.

Возможно, подобное отношение было вызвано тем, что солнечная погода разительно контрастировала с настроением на его сердце, а сумрак и тьма окружающего мира как-то слегка успокаивали.

Вот только литературы, достойной чтения и не вызывающей раздражения, становилось все меньше и меньше. В какой-то момент Шен сдался и попросил у старого маразматика Ера дать почитать его новую новеллу. Писака впал в настоящий шок от озвученной Шеном просьбы и даже уменьшился в своих тьмистых размерах.