Злодейский путь!.. [том 7-8]

Рэн подскочил на ноги и продолжил наступление:

— Вы не ушиблись, когда падали с небес на землю?

И, не давая ответить:

— Почему такой цветок растет без садовника?

Летис Лис осознала, что много воды утекло с тех пор, как она покинула орден РР. Рэн вот вообще спятил.

Тот как раз выдавал очередное изречение, когда она, замахнувшись, зарядила ему такую оплеуху, что старейшина пика Росного ладана улетел к соседней колонне. Летис Лис выдохнула и, гордо развернувшись, быстро удалилась.

Ер, держась за ушибленную щеку, сполз на землю, но до последнего не отрывал взгляда от изящно покачивающихся бедер, обтянутых сиреневой тканью, пока те не скрылись за поворотом.

«Я не понял, что я сделал не так?!» — возмущенно вопросил он Систему.

Та воздержалась от комментариев по данному вопросу.

Когда бедра и все остальное окончательно скрылись из виду, Ер поинтересовался окружающим и замотал головой по сторонам.

«Я в клане Тихих цветов, да? А где все? Где Ю Си и компания, Система?»

[Я вам не навигатор!]

«Пфф. От навигатора было бы больше пользы!» — заявил Ер и пошел по галерее, надеясь углядеть хоть кого-нибудь из контрольного бюро.

Галерея закончилась павильоном, за которым был внутренний двор, где расположилась часть воинов контрольного бюро. Ер подошел к одному из них и попросил проводить к главнокомандующему, но тот оказался неотзывчив.

Тогда Ер решил последовать зову сердца и наткнулся на кухню. Большое помещение полнилось запахами, и — какая удача — не полнилось людьми. У Ера тут же заурчал живот, хотя со стороны более походило на раскаты грома.

Он юркнул в приоткрытые двери и схватил с миски поджаренное печенье с начинкой. Впившись в него зубами, исполняющий роль второстепенного злодея осознал, что сейчас расплачется от счастья. Конечно, мясо было бы еще лучше, но тут, отчего-то, был довольно скудный трапезный набор.

Он доедал десятое печенье, когда снаружи послышались женские голоса. Ер заозирался по сторонам, но на кухне не было ни одного укромного места! Тогда, схватив в руку еще одно печенье, а в другое впившись зубами, Ер сиганул в пустую бочку, сиротливо притулившуюся сбоку кухни.

Голоса и их обладательницы приблизились.

— Столько невинных жизней…

— Ты же знаешь правила.

Женщина тихо всхлипнула. Скрипнули двери кухни.

— Кто взял поминальное печенье?!

— О боги! Тише, сестра, это, должно быть, кто-то из новоявленных соклановцев.

— У этих людей ни стыда ни совести! Какие они все мерзкие и страшные! Печенье для наших сестер! Печенье для дочерей!.