Злодейский путь!.. [том 7-8]

— Я думал — ты сдох! — заорал Ер, затем чуть подумал и перефразировал: — Да что б ты сдох!!

Шен продолжал широко улыбаться, Муан только головой покачал.

— Ладно! — выдохнул Ер и словно сдулся, вновь перейдя на спокойный тон. — Так что насчет плана?

— У нас есть план, — обрадовал его Шен, — идем вперед до развилки.

— А потом будем думать, в который коридор свернуть. Подкинем монетку или считалочкой выберем.

Ер с минуту скептически смотрел на него. За эту минуту Шен успел развернуться и пройти еще метров двадцать, Ер дышал ему в затылок и скептически смотрел.

— Ты повторяешься, — не оборачивая головы, отозвался Шен.

— Нужно вдумчиво поразмыслить! Составить адекватный план!..

— Ну вот ты «вдумчиво поразмысли», как самый продуманный в нашем отряде, а я не буду тебя отвлекать. Сообщи, как закончишь.

Какое-то время Ер был искренне тронут, что его интеллект признали по достоинству, затем стал подозревать, что Шен просто добивался того, чтобы он замолчал, уязвился до глубины души, надулся, перекрестил руки на груди и принялся громко сопеть, выражая возмущение.

Какое-то время так и шли под сопящий аккомпанемент, а затем Шен резко остановился и придержал за руку Муана.

— Что? — тихо произнес тот.

Шен, продолжая напряженно вглядываться во тьму впереди, закусил губу и покачал головой.

«Шум», — мысленно произнес он.

Муан вслушался, но ничего не услышал, о чем незамедлительно сообщил.

«На что похож этот шум?» — уточнил Муан.

«Вопли? — неуверенно отозвался Шен. — Вой».

Он сделал шаг вперед. Муан медленно обнажил меч. В отсветах огня на ладони казалось, тот излучает слабое свечение.

Ер перестал изображать обиженного жизнью, судьбой и вселенной недооцененного автора и настороженно выглянул из-за спины Муана. Затем, развернувшись, бравым шепотом произнес:

— Девушки, будьте за мной! Я не дам вас в обиду.

Лиса расплылась в хищной улыбке, которую Ер посчитал кокетливой, а Сун Тян сделала вид, что не услышала.

Все вместе они прошли вперед еще десять шагов. Шен остановился. Из-за давления чужого страха, боли и печали, которое он чувствовал, к горлу подбиралась тошнота. Свет на ладони осветил стены, и заклинатели увидели, что те от пола до потолка и вперед, куда доставал свет, были обвешаны белыми человеческими масками.