Не умри она — был бы он так же готов выслушать все, что скажет призрак перед ним? И все принять? Был ли это великий Сюжет, что играл его чувствами? Сюжет, в котором смерть второстепенных персонажей — разменная монета ради того, чтобы главный герой ощутил нужный психологический настрой.
— Чи Ван, что произошло три года назад? — спросил Шен.
— Я стал главой города Хушуэй десять лет назад. Удовлетворяя мою просьбу о переводе в родные места, император приказал прекратить убийства белых тигров для лекарств двора и возобновить численность их популяции.
Один тигр живет около девяти лет. По его подсчетам, о тигровых угодьях следовало забыть минимум на десять лет. На счастье, император здоров, и за все годы, что я был магистратом Хушуэй, никому при дворе не понадобилось лекарство из частей тела белых тигров. Я следил за угодьями, численность тигров увеличивалась, однако со временем я заметил, что не вижу некоторых тигров. Конечно, я не мог сходу определить, куда они исчезли. Потребовалось некоторое время, чтобы я уверился, что они на самом деле пропадают.
Так началось мое расследование, в ходе которого я узнал о преступном сговоре продажных чиновников, что за моей спиной и за спиной императора наживались на продаже частей тел тигров. Это прибыльное дело: богатейшие люди со всей страны готовы платить огромные деньги, чтобы получить чудо-средство из желчи, усов или костей белого тигра. Почти год мне потребовался, чтобы добыть доказательства и узнать, кто за всем этим стоит. Я был неосторожен.
Я не думал, что у них хватит духу провернуть то, что они сделали. Их угрозы казались нелепыми — ведь я был уверен, что император не поверит наговорам, а если кто-то выступит против меня с ложными обвинениями — я легко разобью их.
Воздух вокруг становился прохладнее, а призрачные черты проступали все ярче. Теперь Шен отчетливо видел перед собой статного мужчину с пронзительным взглядом и располагающим лицом. В Чи Тау было много от него, теперь их родство казалось очевидным.
— Я упал с этой скалы, а они подделали мою предсмертную записку, где я якобы признаюсь в заговоре против императора.
Это было нелепо — я был уверен, что стоит только дойти этой записке до двора — правда вскроется немедленно, однако прошло уже три года, но ничего так и не произошло… Вероятно, я недооценил их хитрость и изворотливость. Как ты уже понял, после смерти я вселился в этого тигра. Затем я защитил своих детей, которые сбежали в угодья, преследуемые стражей.
