Злодейский путь!.. Том 9 (СИ)

— Ну что, есть идеи, как они открываются? — громко спросил он.

Муан смотрел в его спину, и на его губах играла немного самодовольная улыбка. Ему на самом деле казалось, что у него появился повод для гордости. Он не сказал ничего неправильного и Шен даже не нашелся, что возразить. Кажется, он делает успехи. Может, в старости ему написать трактат о сложности человеческих взаимоотношений? Эта книга ему бы и самому пригодилась. К сожалению, философов прошлых времен более интересовало взаимодействие человека с миром и обществом в целом.

Что на него нашло? Он ведь даже не был пьян, чтобы начать так откровенничать.

Муан бы сказал, что это большой шаг вперед в их взаимной искренности, но Шен сейчас злился на свою болтливость. Чтобы как-то компенсировать неловкость, он полностью сконцентрировался на дверях.

Вертикальная надпись гласила:

«Нефритовая дева хранит покой принца.

— Кажется, нас завуалированно предупреждают о неминуемой смерти, — не к месту весело усмехнулся Шен.

— Как зорко подмечено, — не остался в долгу Лев.

Сун Ло хмуро покосилась на них, не разделяя веселья.

— Что такое, барышня? Вас пугает угроза на двери? — удивился Лев.

Сун Ло не стала придираться к его тону и, покачав головой, ответила спокойно:

— Нет. Меня больше беспокоит то, что здесь нет подсказок, как открыть двери.

— Эти двери напоминают те, что были в комнате Кровавой девы, — заметил Лев. — Вот только здесь нет подсвечников, которые зажигаются с помощью духовной силы…

Шен посмотрел на холодный камень, испещренный узорами, в которые вплетались иероглифы.

Лев удивленно приподнял брови.

— Помнишь, мы еще рассуждали по поводу того, что только заклинатели могли бы войти? Что, если здесь такой же принцип?

— Но нет же подсвечников… — непонимающе повторил Лев.

— Попробуем сами двери. Ал.

Парень, молча стоящий рядом с ними, вопросительно приподнял брови.

— Положи ладонь на ту створку и постарайся напитать ее духовной энергией, а я попробую с этой.

Они одновременно дотронулись до дверей. Шен ощутил холодный шершавый камень под своей ладонью, струящийся извилистыми узорами. Не было никакого очевидного места-выемки для ладони, и все же ему казалось, это не важно.