Злодейский путь!.. [том 3-4]

— Хм, благодарю, — произнес Ал, забирая у девушки половину и пытаясь делать вид, что не слишком заинтересован."

"Впрочем, от прекрасно знающей его привязанность к еде Аннис не укрылись его истинные чувства.

Повозка застучала колесами по мелким камешкам и поехала, перекатываясь с колеса на колесо на ухабистой дороге. Шен понюхал все еще обжигающий батат и, разломав, молча протянул половину Муану.

К вечеру стал накрапывать дождь. Шен вынужденно перебрался в повозку, где довольно долго слушал рассказ Риту о ее представлении о мире, почерпанном из разных книжек.

Этот праздно начавшийся разговор оказался для Шена на удивление полезным, а Риту, которую впервые взрослый слушал с таким неподдельным интересом, слегка зарделась от смущения, но продолжала говорить и говорить, ловя эту бесценную возможность.

Когда в разговоре возникла пауза, в течении которой Риту переводила дух, а Шен раздумывал, что бы такого умного сказать в ответ, чтобы подтолкнуть ее к продолжению беседы, Муан так резко остановил повозку, что внучатая племянница чуть не налетела на своего деда.

Шен было собирался разразиться бранью, но не успел, так как бранью разразился Муан. Шен с интересом выглянул наружу.

Оказалось, мужик бросился прямо под колеса, чуть ли не быв задавленным. Муан уже собирался тряхнуть поводьями и продолжить путь, буде мужику удалось все же избежать смерти, но тот вцепился в его рукав и повис на нем, умоляя о снисхождении и причитая нечто невнятное. Муан опешил, пытаясь разобрать его спутанную речь, а Шен элегантно вылез из окна повозки на крышу, а оттуда спустился на козлы.

— Помогите!.. Прошу!.. Никто не останавливается! Она же умрет так! Пожалуйста!

Шен спрыгнул на грязную дорогу рядом с мужиком и, успокаивающе положив руки на его плечи, постарался отодрать от рукава Муана и сконцентрировать внимание на себе.

— Господин, успокойтесь. Мы вас слушаем. Объясните толком, что у вас случилось.

— Моя дочка! — на сей раз уже ухватившись за руки Шена, провыл мужчина.

Его волосы были спрятаны под конусной шляпой, с которой непрерывно срывались капли.

Загорелое лицо испещрено морщинами, а в глаза сквозил страх. Простая хлопчатая одежда вымокла до нитки и потемнела. Пальцы, которыми он вцепился в руки Шена, казались ледяными. Этот человек пребывал в полном отчаянии.

— Моя дочь, — повторил он. — В нее вселился злой дух! Я прибежал сюда с самого утра, но никто из проезжающих мимо людей не согласился помочь мне!

Шен переглянулся с Муаном.