Прав… Мир покрывался сеточкой трещин, словно надтреснутое стекло.
И любое неосторожное движение заставит его обвалиться.
Он думал, что его гордость не позволит сказать больше ни слова. Благоразумнее развернуться и уйти, оскорбиться, обидеться, лелеять свою печаль… Но вместо этого Шен потрясенно-расширенными глазами смотрел на застывшего перед ним Муана. Тот хмурился, словно ему не нравится ситуация, в которой он оказался, но он ничего не может с этим поделать.
Мир вдруг обрел кристальную четкость. Все остальное перестало иметь значение.
Муан разрушал будущее, которое Шен придумал на двоих.
— Ты говорил, что я тебе нравлюсь… Что мы друзья… Что…
«Он не говорил, что мы всегда будем вместе, не так ли?»
— Тебе так только казалось.
Дыхание перехватило.
«Казалось? Правда? Я все это время слышал лишь то, что хотел?»
Шен больше не мог прямо смотреть на Муана, он перевел взгляд на окровавленный водоем.
«Ты… ты не мог выразиться мягче? Разве не видишь… разве не видишь, что ты убиваешь меня?»
— Я просто не буду приходить, ладно?
Стоило… стоило ему только решиться поверить, как… Верить было нечему.
Это было лишь в воображении. Он трактовал все так, как ему хотелось.
Это было приятно…
Теперь все должно исчезнуть.
Шен делал вдохи, но воздух не доходил до его легких, или, может, воздуха больше не существовало.
— Я… я…
— Ты сам все придумал! — зло выкрикнул Муан. — Я никогда не обещал тебе, что всегда буду рядом!
— Люди… люди уходят, — с трудом произнес Шен.
Уголки его губ дергались, пытаясь сложиться в улыбку, но вместо этого получался нервный тик.
Он говорил это не для Муана, а просто… просто чтобы пережить это.
— Это… естественный порядок вещей. Ничего… ничего не поделаешь. Никого… никого не останется."
"Муан смотрел на него, как на раздражающую помеху, от которой давно следовало избавиться. Мертвый груз, тянущий ко дну.
Гордость — всего лишь иллюзия. Перед этим человеком гордости Шена больше не существовало.
Он бросился к нему, когда Муан уже развернулся, чтобы уйти.
— Не бросай меня.
Не бросай меня!!
Ему было все равно, насколько это жалко. Если он не останется… Если все это на самом деле была лишь иллюзия… Что ждет его, когда он проснется?
— Ты всегда делаешь то, что хочешь! — фыркнул Муан, выдергивая из захвата руку. — Зачем мне оставаться рядом? Невыносимо!
— Не говори так! — Шен еще сильнее вцепился в его предплечье. — Я тебе не верю!
Глаза Муана налились кровью, бешенство, охватившее его, было столь сильно, что на лбу вздулись вены.
