Ворочаясь с боку на бок, он все думал о словах Шена и о том, как тот смотрел на него, как бинтовал его руки и помогал ему срезать лозу. Эмоции то скручивались в груди Ала в тугой жгут, то червячками расползались по телу. Заснуть было совершенно невозможно.
Ал задумался о голосе, звучащем раньше в его голове.
«Я ведь не сошел с ума? Этот голос говорил мне, что я главный герой. Этот голос советовал мне, как поступать и успокаивал, когда мои эмоции выходили из-под контроля. Он рассказал о печати, которая поможет мне высвободить энергию и прорваться на новый уровень.
Этот голос был мне другом. Какая разница, существовал он в реальности или нет? Он помогал мне. Я не могу рассказать. Шен посмотрит на меня, как на умалишенного».
Нет, это совершенно невозможно. Голос пропал — и ладно, но никому нельзя об этом знать.
К середине ночи, отчаявшись уснуть, Ал встал с кровати и побрел перекусить, раз была такая возможность.
Шен долепил последнюю мясную булочку и удовлетворенно оглядел получившийся результат.
Вышло четыре ряда по шесть булочек. Пока что они выглядели неказисто и неровно, но после варки должны были подняться и округлиться. Оставалось одно из самых сложных дел: соорудить пароварку, так как в инвентаре Шен ее не нашел.
Зато была огромная кастрюля и несколько больших дуршлагов. Он налил в кастрюлю воды, припевая песенку о кастрюлечке, и поставил ее на огонь. Сверху он разместил дуршлаг, а на него выложил булочки, затем поставил еще дуршлаг, и выложил оставшиеся булочки.
Выглядело сомнительно, но должно было сработать. Теперь нужно было так все это прикрыть крышкой, чтобы не повредить булочки, и одновременно чтобы не было много дырок.
Он как раз прилаживал крышку, когда в кухню вошел Ал и застыл на пороге.
— Шен? — против воли вырвалось у ученика.
Тот от неожиданности чуть не выронил крышку.
Ал потрясенно рассматривал своего учителя, перемазавшегося мукой с ног до головы и с видом естествоиспытателя пытающегося приладить крышку к странной конструкции.
Шен, наконец, просто уронил крышку сверху, решив, что должно быть достаточно места, и обернулся к Алу.
— А что вы делаете? — протянул тот.
— Булочки.
Ал продолжил растерянно взирать на учителя.
«Делает булочки? Ночью? Лепит булочки? Зачем, если тут столько разной еды?»
— Ты пришел попить водички?
— Ага, — согласно кивнул Ал и достал из шкафа остатки рулета.
Вгрызшись в рулет, Ал продолжил смотреть на Шена, словно ожидая, чего тот еще выкинет.
