Звездная Кровь. Экзарх III

Мы сошлись на каменной площадке между двух наполовину рухнувших зданий. Несмотря на раны, двигался противник стремительно. Он опередил меня и ударил в центр груди. Оглушающая боль прокатилась по всему телу. Руна-Заклинания Аноры оставила на моей груди огромную рану и сейчас туда будто врезался винтокрыл на полном ходу.

Но и я нанёс удар. Острейший Карн с силой полоснул астрийца по бицепсу и оставил глубокой порез. Настолько, что Восходящий больше не мог поднять руку.

— Тварь! Земляная тварь! — зарычал он, когда я откатился назад и с трудом пытался сделать хоть глоток воздуха.

Мы вновь сорвались навстречу друг другу.

Если бы кто-то в этот момент наблюдал за нами, то увидел бы битву двух крайне измождённых калек. Не в прямом смысле, но близко к этому. И я, и астриец двигались уже с большим трудом. Ноги подкашивались. Кровопотеря туманила сознание, и мы часто промахивались.

Дошло до того, что в один момент после обмена ударами мы просто упали и продолжали прожигать друг друга ненавидящими взглядами.

Мне так и не удалось забрать амулет. Астриец продолжал сжимать его в руке и использовал острую грань как лезвие. Это единственное, что имелось у него из оружия. При этом я оставался настороже. Уверенности в том, что он не попытается сбежать через Портал, у меня не было.

Астриец вполне мог копить Звёздную Кровь на сильную руну. Такие наверняка имелись в его скрижали.

Город вокруг нас хоть и выглядел угрожающе, но здесь можно выжить, особенно если взлететь на крышу одной из высоток.

С другой стороны, в подобный исход я не верил. Не факт, что руна убьёт меня, при этом куда бы ни вёл портал, там он сможет получить помощь, если успеет…

У меня же хватало Звёздной Крови на применение одной бронзовой руны. Огненный поток я держал наготове, при этом понимал, что убивать астрийца сейчас нельзя.

— Ты умрёшь! — сказал мой противник.

— Не дождёшься!

Я встал на ноги и поковылял к нему. На быстрые броски и резкие отскоки не осталось сил и у меня. Хотелось лечь и провалиться в забытье. Двигаться заставлял гнев. Стоило вспомнить умирающих в пастях червей землян, мёртвых Пепла, Себастьяна и Анору, как ярость вновь и вновь затапливала сознание.

Дойти до астрийца я не успел.