Мне наплевать, если говорить по правде. Но прекратите вываливать свою злость на неё. Она этого не заслуживает.
Он ничего не ответил, да я и не ждал, что он что-то скажет. Учитывая, что он чувствовал в этот момент, тема явно эта была слишком болезненна, чтобы обсуждать её с кем-то.
— Всего вам хорошего, Владимир Викторович, — произнёс я на прощание и вышел из его кабинета. Пройдя через офис и не особо обращая внимания на остальных сотрудников, я вышел в коридор, а затем спустился вниз на лифте и покинул здание.
С этим делом вопрос решён, и это хорошо.
Да, конечно же, было бы очень здорово добиться вот прямо полной справедливости. Красивой такой, в блеске правосудия и всего прочего. Чтобы Харитонова посадили за устроенную им же аварию. Чтобы тех, кто пытался скрыть его преступление, осудили и упекли в камеры следом за ним. Чтобы всё его семейство подверглось осуждению. Чтобы прохожие на улице кричали: «Гоните их, насмехайтесь над ними».
К несчастью, мы живём в реальном мире, и не всегда можно добиться всего, чего тебе хочется.
В нашей ситуации мы сделали всё, что было в наших силах. Голицына и Харитоновы отозвали все свои претензии. Пострадавшие получили компенсации таких размеров, что, если не сорить бездумно деньгами, некоторые из них смогут по несколько лет жить вообще не работая. Хорошо это?
Как я уже сказал, мы живём в реальном мире, так что это куда лучше того, на что они могли надеяться.
Теперь осталось лишь одно дело, и решать его следовало прямо сегодня. Тем более, что сообщение от Лара я уже получил.
Достав телефон, я сначала вызвал себе такси, и только потом набрал Ксюшу.
— Привет, — через несколько секунд ответила она.
— Привет, Ксюша. Не помешал?
— Не, бар же ещё закрыт.
А, точно. Сейчас же ещё даже двенадцати нет, и суббота. «Ласточка» не работала до двух вроде или трёх. Не помню точно. Да и неважно это сейчас.
— Ксюша, скажи, там Эри рядом?
— Да, что с ней станется? — тут же фыркнула в телефон сестра. — Дрыхнет, наверно, или снова свои сериалы смотрит. Опять отказалась со мной и Пушком пойти гулять утром…
— Так, стоп, — перебил я её.
— Пушок?
— Ну да. Ты же…
— Так, проехали. Хватит давать имя моему псу…
— Ты же всегда говорил, что он тебя раздражает, — тут же упрекнула меня она. — Даже имя ему дать не сподобился. А я…
— Я сказал, хватит, Ксюша. А не то…
— Что? — сразу же спросил она, и я услышал веселье в её голосе.
А ведь и правда, что?
— Короче, Ксюха, скажи Эри, что я еду домой и скоро буду. Чтобы была готова.
