То, как это было сказано. Каким тоном она произнесла моё имя. Звонкие ноты исчезли, сменившись на хриплый и болезненный и умоляющий шёпот.
— Прошу, — выдохнула она. — Ты должен меня вытащить отсюда. Прошу тебя… умоляю… ты должен остановить это…
— Эри…
— Умоляю, Александр. Прошу тебя. Пожалуйста… прекрати это. Я больше… я больше не могу. Не выдержу. Оно пожирает меня изнутри. Прошу, ты должен остановить это, я не могу больше. Прошу тебя. Пожалуйста. Я сделаю всё, что ты скажешь. Всё, что захочешь. Буду для тебя всем, чем захочешь.
Только прекрати это. Пожалуйста. Всё… всё что угодно… всё, что захочешь! Пожалуйста…
Её голос срывался. В нём слышалось столько боли и страдания, что у меня защемило сердце. Видеть, как эта всегда сильная и выпячивающая свою гордость женщина умоляла меня с таким безумным желанием в глазах, словно была наркоманкой, страдающей от ломки и сходящей с ума без новой «дозы», было физически больно.
Я смотрел на её дрожащее, покрытое каплями холодного пота тело.
На её сведенные судорогой мышцы. Как её исписанное пульсирующими символами тело била крупная дрожь, а кровь из прокушенной губы и разбитых пальцев капала на деревянный пол.
— Эри, я не могу… — тихо произнёс я.
— Александр, прошу тебя…
Я лишь покачал головой.
— Нет. И ты знаешь почему. Ты сама этого не хочешь.
— Хочу! — услышал я её хриплый возглас. — Хочу! Пожалуйста, всё, что угодно, только прекрати это…
Обернувшись, я встретился глазами с Ларом. Тот поднял обе ладони и показал мне пальцы, после чего загнул один из них.
И? Что, мать твою, это вообще должно означать⁈ Наплевав на это, я повернулся обратно к ней.
— Нет, не хочешь, — повторил я и подошёл ближе. — Мы оба это знаем. Ты должна это выдержать. Обязана, если хочешь избавиться от Браницкого и этой печати. У тебя нет другого выхода.
— Я не могу, — со слезами выдавила она. — Я не выдержу…
— Можешь, — покачал я головой. Я обнял её левой рукой. Правую я уже вовсе не чувствовал. Лишь чувствовал, что она висит бесполезной культёй и почти не двигается.
Я обнял её и почти сразу ощутил, как её тело оседает на пол, как если бы она осталась полностью без сил."
"Впрочем, я очень быстро осознал, насколько ошибочным было такое предположение. Её руки сжали меня в судорожных объятиях с такой силой, словно альфа хотела сломать мне кости.
— Прикажи мне… — хрипло выдохнула она мне в ухо. — Прикажи мне уйти. Что угодно, только прекрати это, прошу тебя.
