— В противном случае я буду вынужден обратиться с жалобой в учебный совет и…
— Сергей, кажется, у тебя сейчас лекция должна идти, — перебил его ректор, стараясь скрыть раздражительность в своём голосе.
— Да, но…
— Вот и иди к своим студентам, — приказал ему. — Я тут без тебя разберусь.
Сказано это было таким тоном, что даже этому увальню стало понятно: каких-то возражений ректор не потерпит. Сейчас уж точно.
Бросив на нас с Софией едкие взгляды, Ануров так ничего и не сказал. Лишь задрал голову и с оскорбленным видом покинул кабинет.
Пауза. Тишина. Холодная и тягучая. Неприятная. Ректор глубоко и шумно вздохнул, после чего вернулся к своему креслу.
— Через десять минут сюда примчатся все, начиная от начальника нашей охраны, юрисконсульта университета, проректора по учебной работе и заканчивая официальными представителями экстренных служб. За ними, если нам не повезёт, явятся репортёры. Поэтому у нас не так много времени. Садитесь.
Заставлять себя ждать мы не стали и быстро заняли те же самые кресла, в которых сидели всего час назад.
Прежде чем заговорить, ректор смерил нас тяжёлым взглядом.
— Во-первых, Александр, — произнёс он, посмотрев на меня. — Я лично хочу поблагодарить тебя за то, что ты сделал для этой девушки…
— Не за что, — пожал я плечами.
— Есть за что, — не согласился он со мной. — Но, если ты думаешь иначе, я не буду тебя разубеждать. Во-вторых, будь добр, объясни, как ты узнал о том, что…
— Я увидел её в окне, — сразу же выдал.
А что? Времени, чтобы обдумать возможную отмазку, у меня было. Не говорить же, мол, здрасьте, я бастард давно исчезнувшего аристократического рода и у меня есть тайный и могущественный дар… Господи, да это даже звучит тупо. Нет, куда лучше всё упростить до предела. Чем проще, тем лучше. Так что такой вариант предпочтительнее любого другого.
— Позволь, я уточню, — переспросил он меня. — Ты шёл по улице, увидел девушку, которая стояла у открытого окна, тут же пришёл к выводу, что она собирается совершить… сделать нечто ужасное, и бросился к ней на выручку.
Так?
Ректор пристально посмотрел на меня, как если бы пытался по выражению лица определить, вру я или нет.
Не, со мной такие трюки не проходят.
— Да, — кивнул я. — Всё именно так и было. Вот слово в слово.
Вот без понятия, поверил он мне или нет. Единственное, что я мог считать с его лица, — это подозрения.
