Только ощущение такое, словно проблем после их визита стало ещё больше.
Я сделал короткую пометку в блокноте.
— Хорошо. Давайте перейдем к тому, что случилось.
— Конечно, — кивнул капитан и начал рассказ.
«Днепр» шёл по рейсу. Волнение было небольшое. По словам Уткина в районе четырёх с половиной баллов и высотой волн под два с половиной, может быть три метра. В целом, для судна такого водоизмещения ничего критического. По крайней мере в том случае, если бы оно находилось в приемлемом техническом состоянии.
К сожалению, его реальное состояние находилось столь же далеко от слова «приемлемое», как я в данный момент находился от адвокатской лицензии.
Из-за качки и полной загрузки произошло разрушение проржавевших креплений на третьем ярусе по правому борту. Далее, от последующих вибраций и возросшей нагрузки произошло ослабление оставшихся замков. В этот момент несколько членов экипажа как раз проверяли состояние контейнерных креплений на палубе, что нельзя было счесть чем-то странным.
Всё же Уткин прекрасно понимал состояние своего судна, так что приказ отдал сразу, как только понял, чем им может грозить продолжительная качка."
"Далее события развивались слишком быстро. Из-за качки и того, что ветер дул им в левый борт, «Днепр» накренился на пятнадцать градусов на правый. И в этот момент весь третий ярус, замки которого оказались ослаблены либо же полностью вышли из строя, пришли в неконтролируемое движение и рухнули сначала на палубу, вызвав травмы у осматривающих их членов экипажа, а затем и вовсе рухнули за борт.
Больше двенадцати контейнеров скрылись в морской воде. Понятное дело, что сразу же они не утонули, но заниматься поиском груза при таком волнении и раненых членах экипажа никто не стал бы. Не до того.
— У Алексея перебило ноги. Сергею Терехову, моему боцману, сломало позвоночник. Дамир вовсе без руки остался. Я думал, что мы его потеряем, но, слава богу, что его быстро вытащили на берег вертолётом.
Иначе парень точно бы не выжил.
— То есть, по вашим словам причина была…
— Да. От коррозии крепления ослабли. Часть на левом борту не закрывалась во все, но мы их сами поменяли в спешном порядке ещё до выхода из порта. На правом…
— Вы не меняли их? — уточнил я и ощутил злость в его эмоциях.
— Слушайте, мы и те то меняли за свой счёт, — вскинулся Уткин. — Эти мерзавцы вообще не хотели ничего делать.
