— Купить?
— Ага. Видишь ли, я тут заинтересовался искусством, а владелец галереи порой бывает не очень сговорчив. То есть в лицо-то он улыбается так, что того и гляди лицо треснет. А вот за глаза… Ещё и цену заламывает.
Браницкий оскалился.
— И вот тут-то ты мне и поможешь.
Машина свернула по улице и остановилась напротив роскошного здания.
— Пошли. Нас ждёт работа.
— Погоди, — торопливо спросил я, выбираясь следом за ним из машины. — Кто-то что-то отказывается продавать? Тебе?
— Эй, репутацию не особо умного мецената, любящего сорить деньгами во благо людей, надо поддерживать, — смеясь выдал Браницкий.
— И, чтобы прояснить ситуацию, давай так. Если сделаешь так, чтобы я заплатил за то, что мне нужно, меньше, чем они хотят, то разницу получишь в качестве оплаты. А если нет, то…
Он задумался и посмотрел на задние.
— Ну я даже не знаю. Может, на следующий день ужасный пожар спалит эту галерею и всех, кто в ней работает. Кто знает, парень, кто знает.
Господи, какой же бред…
Я глубоко вздохнул и посмотрел на себя. Двадцатилетний парень в спортивном костюме. Ага. Адвокат. Конечно…
— Ну? Ты идёшь? — позвал меня Браницкий, поднимаясь по лестнице ко входу.
А что мне ещё оставалось.
Направился следом за графом, что ждал меня на ступенях, по-пижонски засунув руки в карманы брюк. Мы прошли ко входу и зашли внутрь, оказавшись в просторном, увешанном картинами зале.
Стоило дверям закрыться за нашими спинами, как я услышал перестук каблуков по полу.
— Ох, ваше сиятельство! — воскликнула женщина, спеша к нам через зал. — Рада вас видеть!"
"— М-м-м, Евгения! — Граф тут же расплылся в галантной улыбке. — Это чувство взаимно. Позволь сказать, что сегодня ты выглядишь просто обворожительно.
— Ох, да будет вам, — улыбнулась женщина и замахала рукой, стараясь показать, мол, такая ерунда, право слово. Да только румянец на щеках и эмоции выдавали скрытое внутри довольство от комплимента.
— Вы к нам сегодня за чем-то конкретным или хотите просто посмотреть новинки?
— Думаю, сегодня позволю себе взглянуть на работы молодых талантов, — вежливо произнёс граф. — Слышал, что у вас тут несколько новых работ появилось?
— Ох, да. Их доставили…
В общем доставили недавно. Художник молодец. Работы полны чувств, эмоций и глубины. Всё прочее, прочее, прочее. Я вот шёл позади них и смотрел, как они по-дружески воркуют.
