На самом деле я даже дыхание затаил. Потому что, как бы я сейчас тут ни храбрился, этот момент моего плана был самым шатким и, мягко говоря, ненадежным. Сейчас от ответа Филинова зависело, произвели мои приготовления именно тот эффект, на который я рассчитывал, или нет.
Прошло почти тридцать секунд, прежде чем его динамик вновь заговорил его голосом.
— Да. Без идиотских, абсурдных сделок и фокусов. Мы придем к вам с предложением. Я даже готов уговорить своего клиента увеличить компенсацию до двадцати процентов…
— Что он, несомненно, сделает, — хмыкнул Лазарев.
— Исключительно из его личного благородства и в память о дружеских отношениях с твоими клиентами, — не без сарказма тут же подтвердил Филинов. — Согласен?
— Да. Я согласен.
— Хорошо. Тогда сегодня в моём офисе…
— Нет уж, — резко произнёс Лазарев. — У меня.
Из динамика послышался смешок.
— Что, проигрывать на чужой территории вдвойне позорно? — не удержался Филинов от того, чтобы не вставить шпильку. — Что же, ладно. Уважу твою просьбу, Роман.
— Отлично. Мой помощник вас встретит.
— От этого парня у тебя будут одни проблемы, — неожиданно доверительным тоном сказал Артемий. — Уверен, что ты видишь это так же хорошо, как и я. Он мнит себя слишком умным…
— Помнится, ты когда-то говорил это и про меня, — удивил меня своей репликой Лазарев.
— У тебя был я, чтобы сдерживать твою глупую порывистость и желание переступать через каждого встречного. У тебя для этого имелись мозги, титул и социальное положение.
— Я сам решу, что мне делать, Артемий, — произнёс Лазарев.
Причём сделал это настолько натурально, что я даже не мог сказать точно, правда он сейчас злился или эмоции в его голосе были наиграны.
— Через три часа, — произнес он.
— Через три часа, — подтвердил Филинов.
Звонок прервался, когда наш противник повесил трубку.
— Слушай, а что между вами было? — не удержался от интересующего меня вопроса.
Роман откинулся на спинку своего роскошного кресла и задумчиво посмотрел на меня, будто бы решая, стоит ли вообще отвечать на этот вопрос.
— Когда я во время учёбы проходил практику, то делал это под руководством Филинова, — наконец сказал он.
