Очень уж она хотела, чтобы её чадо стало актёром большого театра.
Сказать, что он противился этому как только мог, было бы излишне. Он даже пригрозил, что сбежит из дома, если мать подаст туда его документы.
Тринадцатилетний парень без гроша в кармане, жизненного опыта и со всеми вытекающими. Ага. Конечно. Сбежит. Нет, пошёл учиться лицедейству как миленький."
"И кто только мог подумать, что ему это настолько понравится? Уж сам Пинкертонов точно не мог. Но, помимо абсолютно честного наслаждения от примерки десятков чужих личностей, имелись и другие, скажем так, достоинства, о которых он ещё тогда не думал.
Например, он далеко не сразу обратил внимания на тот факт, что соотношение парней и девчонок среди живущих в общежитии училища учеников составляло примерно один к десяти. Разумеется, не в пользу парней. А уж какие там были ученицы… Пинкертонов до сих пор с содроганием вспоминал некоторые годы. Так, к примеру, одной ночью голодные подруги едва не затрахали его до смерти.
А он был не против.
А ещё очень благодарен, что судьба свела его с очень нелюбимым мамой её старшим братом, мастером частного сыска.
Но всё это лирика. Сейчас, стоя тенью за спиной графского сынка, Романа Лазарева, он излучал раболепную доброжелательность, отыгрывая улыбчивого и немного глуповатого на вид личного помощника по делам «принеси, подай, уйди и не мешай».
Лишь на мгновение он сбросил эту маску, чтобы на пару секунд нацепить хмурую личину инспектора ИНС, когда проходил по коридору.
Особенно если учесть, что стоящий сейчас за спиной своего адвоката и потеющий Арсеньев сегодня встретил его впервые и ни с каким инспектором Вернинским ранее не встречался…
— Я ЕЩЁ РАЗ СПРАШИВАЮ, — рявкнул покрасневший от испытываемых эмоций Дмитрий Арсеньев. — ЧТО ЗА…
— Я и в первый раз вас услышал, — произнёс Роман Лазарев, по-царски рассевшись в своём кресле.
— Рома, кажется, мы договаривались, — угрожающе произнёс Филинов.
— Верно. Мы договаривались, Артемий, — согласно кивнул Роман. — И я свою договоренность соблюдаю. Никаких игр мы с тобой не ведём…
— Да что ты? — рыкнул юрист. — А не хочешь объяснить мне, что за спектакль вы устроили?
— Никакого спектакля, — пожал плечами Лазарев. — Просто в какой-то момент ко мне пришло понимание, что добиться своего мы можем и другим способом.
— Решил запугать нас? — прищурился Филинов.
